Часть 2
Чем чаще мы создаём в жизни провокации для зверя, что скрывается в каждом из нас, тем больше шансов выбраться ему на свободу.
– Возьмите, молодой человек, – протянул платок неизвестный мужчина, – вытрите кровь. – Другой рукой он протянул бутылку воды.
Миша взял платок, смочил его водой и осторожно протёр распухшее лицо. Он сидел на асфальте, его одежда была частично разорвана после драки, в которой он, конечно, проиграл, но которая случилась, и он был рад, что не отступил. Что принял бой и не струсил.
– Спасибо, – ответил он, глядя в лицо незнакомца, одетого во всё чёрное.
– Не за что. Вам нужно научиться драться.
Человек в чёрном смотрел на Мишу с любопытством.
– Я в окно видел, как они вас отметелили. Каждый мужчина должен уметь постоять за себя и близких ему людей. Это не дело, так на толпу бросаться.
Мишка посмотрел на присевшего возле него мужчину. Весь в чёрном, за пятьдесят или даже шестьдесят. Чёрные волосы, тонкий нос и красивое симметричное мужское лицо. Аристократичное.
– Я не умею драться. Не люблю драться.
Он хотел добавить про отца, как тот говорил, что насилие порождает насилие и что тот, кто учится драке, обязательно сделает её частью общества. Но сдержался, не желая погружать незнакомца в память о близком человеке.
– А кто говорит о любви к драке? Никто не дерётся от любви. Это делают из необходимости. Или вы думаете, что те, кто на ринге дерутся, им это нравится? Нет. Это просто то, что они умеют хорошо делать, чтобы заработать деньги. Но уверяю вас, они это делают не от любви. А вот то, что не умеете, – это другой разговор. Это поправимо. Чтобы уметь защитить себя и близких от опасностей этого мира, на самом деле умение не нужно.
Более того, оно вредит и ослабляет, поскольку умение подразумевает правила. А в драке, тем более против толпы, не должно быть правил. Тут важна жестокость. Вы бросились на них и в итоге серьёзно пострадали. Если бы вы перед этим осмотрелись и взяли в руку вон тот кирпич, то тогда бы вы дали им понять, что с вами игры по правилам не пройдут.
– Но они бы могли тоже взять в руки по кирпичу.
– Могли, и тогда это был бы разговор не на жизнь, а на смерть. Как вы думаете, они были готовы встретиться со смертью? Стоила их причина для ссоры с вами того, чтобы умереть?
– Нет, скорее всего нет, – замотал головой Мишка.
– И я так думаю. Готовность к смерти требует идеи и принципов высшего качества. В их возрасте один кисель в жилах, а не принципы. Поэтому они разбежались бы только от одного вида вашей решимости.
Времена, когда люди дрались на смерть, чтобы стать вожаком, канули в Лету. Драка превратилась в форму доминирования, унижения, давления, притеснения; редко дерутся ради преступления, и в ещё более редких случаях драка становится формой отстаивания превосходства своего Я над другим.
При всех этих поводах никто не думает о том, что драка ведётся не на жизнь, а на смерть. Поэтому готовность умереть в драке – это уже половина победы.
Миша молчал, не зная, как развивать диалог, в неуверенности, нужен ли он ему вообще в эту минуту.
– Вы позволили себя избить и, наверное, думаете, какой я молодец, что дал им отпор.
При этих словах Миша уже удивлённо посмотрел в лицо незнакомца.
– Конечно, вы не струсили, что в какой-то степени заслуживает уважения. Но вы ошибаетесь, давая себе хвалебную оценку. Вы молоды и не знаете жизни. Те волчата, что покусали вас своей стаей, никогда не подумают, что вы молодец. Для них и им подобным вы овечка, на которой можно отлично отточить свои зубы и когти. И могу предположить, что если вы не дадите им настоящий отпор, то эта встреча была не последняя.
Наконец Миша почувствовал, что его затягивают размышления незнакомца, и он уже более заинтересованно, хотя и слегка пренебрежительно спросил:
– И как бы поступил настоящий мужчина в драке против пятерых соперников?
Человек в чёрной одежде протянул ему свою руку, предлагая подняться, одновременно продолжая свои размышления:
– Сила боится только силу, молодой человек. Боится и уважает. Око за око – древний закон, несправедливо выживаемый из нашего общества идеологией послушания и смирения.
А зря. Глядя на вас, я в этом снова убеждаюсь. Издревле он помогает поддерживать порядок, заставляет уважать, а если нужно, то и бояться настоящих мужчин. Чтобы неповадно было всякому быдлу лезть к порядочным людям.
Вам нужно оскалить зубы. Показать, что вы зверь, а не овечка. У вас спортивное телосложение. В вас видно силу и злость. Научите себя их не прятать. Познакомьте тех, кто причинил вам боль, с этой силой. Заставьте их отвечать за свою злость. И тогда вы поймёте, что вне стаи, по одному, они не волки и даже не волчата.
Они свора шакалов, которые подожмут хвосты и заскулят, стоит им оказаться один на один с настоящим хищником.
Миша слушал слова Человека в чёрном и чувствовал, как в нём поднимается странная волна воодушевления. Возможно, причиной тому были слова незнакомца, но скорее всего Мишу зарядило то, как он их говорил, с какими эмоциями, холодностью и жёсткостью в голосе, слово сухие удары плетью, каждое слово проникало в сознание Миши и жгло своей силой. Создавалось впечатление, что незнакомец сам не раз бывал в таких передрягах и то, о чём говорил Мишке, испытал на собственном опыте. Вот уж он точно не был овечкой для чьих-то зубов. Перед ним сидел хищник, жестокий, сильный и твёрдый. И Мишке вдруг тоже захотелось стать таким, как он.