Нет, просто нужно воздержание и общие, не только телесные, и не только душевные, но и высшие, духовные радости. Когда Бог на главном месте в жизни супругов, и телесная близость встаёт на своё место.
Род, конечно, издевается над любовью, но любовь облагораживает род.
Очень важно, что соединение происходит именно с этим человеком, пусть не в сам момент, общий у всех, но перед ним и после него – уж точно.
В соитии забываются личностные заморочки, и ты начинаешь видеть сон наяву, и это чем-то подобно купанию в море, и в любом случае есть касание вечности и должно быть только в любви.
И зверям добрый Бог даёт радости бытия, и радости животных не становятся сразу плохими из-за того, что это радости живот-ных, как и радости растения.
Духовное соединение в едину плоть начинается со смиренного плотского, телесного общения.
Родители в глазах их детей составляют едино целое, и при том святое целое. А если родители святы, значит, они спасены. Дети – это общее дело супругов, в котором они реализуются именно как едина плоть, одно существо. Сам Бог действует через родителей на детей, и это облагораживает папу и маму, часто делает их ближе к Богу, потому что все родители хотят видеть своих добрыми и хорошими, близкими к Богу, а для этого нужно самому верить.
Половая жизнь должна возникать из желания теснейшего соединения с любимым существом, и наслаждение тогда лишь указывает на достижение цели. Личное, по милости Божией, может осуществляться через сверхличное.
Плотское соитие в браке может рассматриваться как жертва своего отдельного существования, своей старой жизни ради создания нового целого, ради будущей семьи, в любви между членами которой будет жить и присутствовать Сам Бог. Чтобы спасти свою жизнь, надо погубить её, чтобы родиться – умереть, и это и есть постепенное соединение любящих в совершенно единое, нерасторжимое и неотчуждаемое существо.