Однако в своем поиске основополагания метафизики Кант, как указывает немецкий философ Мартин Хайдеггер (1889–1976), поколебал в качестве возможной основы и руководства для метафизики логику, господство разума и рассудка. Логика утрачивала свое, с давних пор подготовленное преимущество в метафизике, ее идея становилась сомнительной, поскольку центральную метафизическую функцию в критике чистого разума приобретает время, выступающее в сущностном единстве с силой воображения как форма восприятия, как априорная форма чувственности. В своей тончайшей и глубочайшей интерпретации критики чистого разума М. Хайдеггер приходит к выводу, что И. Кант должен был как-то предчувствовать этот крах господства логики в метафизике, если он мог сказать об основном характере бытия, возможности и действительности (у Канта – наличное бытие), что возможность, наличное бытие и необходимость пока еще никто не может объяснить иначе как через очевидную тавтологию, если бы хотели почерпнуть их определение единственно из чистого рассудка.
Какое место занимает логика в метафизике Г.-В.-Ф. Гегеля?
Представитель немецкой классической философии Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770–1831) совершенно определенно истолковывает метафизику как логику. Логика, с его точки зрения, должна постигаться как система чистого разума, как царство чистой мысли. Это царство есть истина, как она есть без покрова, сама-по-себе и сама-для-себя. Можно поэтому сказать, рассуждает дальше Гегель, что это содержание – изображение Бога как Он есть в своей вечной сущности перед сотворением природы и конечного духа.
Каково место диалектики в немецкой классической философии?
Кантовские идеи, в частности учение об активности субъекта познания, дали импульс немецкой классической философии. И.-Г. Фихте и Ф. Шеллинг, стремясь построить положительную метафизику, связали в своих системах мышление и Бога, разум и природу, метафизику и науку и истолковали диалектику разума не как теоретический тупик, а как движущую силу развития познания. Диалектика рассматривается ими как необходимый компонент истинного мышления.