Наследие, которое нам досталось.
Обратив сознание большинства людей в свою веру, пролетарская инквизиция, как карательный орган новой «религии», быстро объявила обычных христиан и священнослужителей еретиками, подлежащими уничтожению или перевоспитанию. Начались казни. Древнеримская империя, словно восстав из пепла времён, возродилась в большевистской России. Аф-тор ЭГО-мира торжествовал. Одной из главных целей российского большевизма, по замыслу Врага, было физическое уничтожение российского практического православия (и прежде всего, монашества). Яркий духовный ренессанс русского православного старчества нужно было прервать любой ценой. Не добившись полного уничтожения 300-летних старцев руками Петра I, пришло время, чтобы полностью уничтожить и государственные элиты, т. к. они были пусть идеологическими, но всё же православными христианами. Православие являлось важнейшей частью самоидентификации государственного мифа дореволюционной России. Но Король ЭГО-мира никогда не дорожил своими элитами и всегда их предавал.
При этом изначально народный гнев был направлен на христиан идеологических – ведь это они помогали царю эксплуатировать народ, но враг рода человеческого умело перенаправил энергию уничтожения в нужное ему русло и обрушил её в конце октября 1917 года на офицеров, это было для всех офицеров самым страшным, опасным и трудным временем. Фактически, они находились вне закона; кто угодно мог убить офицера безнаказанно. Простое монашество и верующих мирян, с точки зрения классовой теории – нищих, – тоже стали притеснять и убивать (многие монастыри до революции располагали серьёзным капиталом, но деньгами распоряжалось руководство обителей, как правило, из дворян, а сами монахи, особенно простого сословия, были беднее бедных и не имели никакой собственности). Но в общем революционном безумном раже это никого не смущало. Ненависть большевиков к православию достигла таких иррациональных пределов, что законодательно запрещён был даже колокольный звон. Думаю, сам Карл Маркс сильно бы удивился, если б узнал, во что превратил Аф-тор ЭГО-реальности его учение о роли пролетариата в истории. Ибо роль эта была весьма незавидной.