Слава Мойсею, который начал свой кодекс с сотворения мира.
Laus Moysis codicem suum a creatione mundi exordientis.
1. Существуют разные законодатели. Одни постановили, что законы, которые они устанавливают, должны быть простыми и ясными, а другие, охватывают значительный объём идей, чем ослепляют массы, скрывая истину под мифическими образами.
Моисей же превосходит и то, и другое. Одно представляет как безрассудным, невыносимым и антифилософским, чем-то ложным и полным магии, а другое ставит всеобъемлющим и благочестивым началом закона.
Он не говорит сразу о том, что следует делать, а что не следует. И поскольку было необходимо предварительно сформировать мысли тех, кто будет пользоваться этими законами, он, создаёт мифы или соглашается с теми, что были составлены другими, положил начало, которое, как я уже говорил, является удивительным, охватывающим всё мироздание, так что закон и мир согласуются друг с другом.
И человек закона, будучи истинным гражданином мира, направляет свои действия в соответствии с волей природы, по которой управляется весь мир.
Итак, красота идей мироздания не может быть достойно воспета ни поэтом, ни писателем; ведь она превосходит и слово (λόγος), и слух, будучи более величественной и значительной, чем то, что может быть выражено какими-либо средствами.
Однако не следует от этого успокаиваться, но ради божественной любви и высших сил, следует осмелиться сказать немного (потому что немногое лучше многого) о том что, вероятно, может достичь человеческий разум, охваченный любовью и стремлением к мудрости.
Как, например, величественные размеры могут быть восприняты в маленьком отпечатке, так возможно и красоты, превышающие те, что записаны в законах мироздания и затмевающие души их встречающих, будут переданы более краткими характеристиками, т.к. о том что было прежде сообщено, не стоит умалчивать.