Кокон Старейшин погас. Багровая тень исчезла. Эрмин лежал на ложе, бледный, истощенный, но дышащий ровно и глубоко. На его груди, там, где была печать, остался лишь слабый, серебристый шрам в виде восходящего солнца символ Леодана. Его физические ожоги от Игнисара все еще были видны, но ледяная пустота внутри… она не исчезла, но была заполнена . Не чужой силой, а его собственной осознанной, принятой, превращенной из слабости в щит.
Леодан Светоносец посмотрел на внука. Его фигура начала мерцать. -Путь твой труден, Эрмин. Но ты не одинок. Никогда. Когда чистота твоей воли зовет я услышу.– Его взгляд скользнул по Сигрид, Лираэль, Старейшинам. -Храните его. Миру нужен его свет.– И он растворился в золотых искрах.
Лираэль опустилась рядом с Эрмином, ее форма дрожала от облегчения. Она обвила его эфирными руками, словно опасаясь, что он исчезнет. -Добро пожаловать домой, дитя.-
Сигрид рухнула на колени, ее сияние было призрачным, но в глазах горели слезы облегчения. -Ты… вернулся.– Она коснулась его руки реальная, теплая. -Эрмин.-
Элрондор тяжело вздохнул, вытирая лоб. -Он… победил. Сам. С помощью предка.– В его голосе было невероятное уважение. -Пустота?-
–Осталась,– тихо сказала Идрилиэль, осматривая Эрмина. -Но он… овладел ею. Связал с чем-то внутри себя. Своей болью. Своей силой.– Она покачала головой. -Такого я не видела никогда.-