Вайлвуд, Лечебная Роща.
Эрмин на ложе вдруг вздрогнул . Не просто вздрогнул его тело выгнулось в немой агонии. Из его горла вырвался хриплый, беззвучный крик. Глаза широко распахнулись, но в них не было сознания только бесконечный, леденящий ужас . Тот самый ужас десятилетнего мальчика, видящего смерть родителей.
–Что происходит?!– вскрикнул Галадриан, отшатнувшись. Его лунные лучи были разорваны.
–Атака!– зарычала Сигрид, ее меч вспыхнул ослепительно. Она шагнула к ложу, закрывая Эрмина собой. -Щит Света, явись!– Сияющий барьер возник между Эрмином и пустотой комнаты. Но атака шла не извне. Она шла изнутри .
Лираэль вскрикнула не голосом, а всплеском боли в сознании Эрмина. Она видела! Видела темный кабинет в Базилее! Видела Валтара! Видела его окровавленную руку и пульсирующий Сфера! -Он использует его память! Его травму! Как якорь для проклятия!-
Над грудью Эрмина, прямо над сердцем, начало формироваться пятно. Не синяк. Не ожог. Тень . Багрово-черная, пульсирующая в такт Сфере в Базилее. Она росла, принимая форму… стилизованной золотой цепи на черном фоне . Печати Хафенска. Печати Валтара. Печати людей , убившего его родителей.
–Мама… Папа… Не оставляйте…– слабый, шепот сорвался с губ Эрмина, полный той же бездонной боли, что и в лесу пять лет назад. Это была не память. Это был канал , пробитый Валтаром.
Тень-печать пульсировала сильнее. Из нее начали сочиться тонкие, черные щупальца тьмы, словно ядовитые корни, пытающиеся проникнуть в самое сердце, в душу. Эрмин забился в судорогах, его слабое дыхание прерывалось хрипами.
–Нет! НЕ ТРОГАЙ ЕГО!– закричала Лираэль, ее форма вспыхнула яростным изумрудным светом. Она бросила всю свою мощь, всю силу Древнего Дуба на борьбу с ядовитыми щупальцами, пытаясь выжечь их, отрезать от источника. Но тень-печать была лишь симптомом. Источник был далеко, в Базилее, питаемый ненавистью Валтара и силой Книги Теней.
Сигрид стояла перед ложем, ее сияющий щит трещал под невидимым натиском. Ее лицо исказила не ярость, а беспомощная скорбь . Она была воином. Она могла сразить легионы демонов. Но как сразить боль прошлого? Как сразить проклятие, бьющее через душу ее Призывателя? -Я… не могу… защитить его от этого!– мысль была горше любого поражения.
Элрондор сжал кулаки. Старейшины! Все силы на барьер души! Мы не можем позволить тьме его поглотить! Идрилиэль! Келебримбор! КО МНЕ!-
Целители бросились к ложу, их руки сплелись в сложном жесте, напевая древние заклинания защиты духа. Серебристый, золотой и зеленый свет слились в сложный кокон вокруг Эрмина, пытаясь изолировать тень-печати, сжать ее.
Это была битва, которую нельзя было выиграть силой. Это была битва за душу Эрмина, за его право не утонуть в собственной, искусственно разбуженной и усиленной боли. И пока Валтар в Базилее питал проклятие кровью и ненавистью, шансы таяли с каждым ударом пульса багровой тени над сердцем Призывателя. Тени, которая была не просто меткой, а открытой дверью для окончательного уничтожения. Вайлвуд содрогался, пытаясь удержать душу того, кто однажды спас его Сердце. Цена молчания Базилеи обрушилась на них всех.
Глава 9: Пробуждение Предка и Слеза Эльгариона
Вайлвуд, Лечебная Роща Глубина Кошмара.
Боль. Не физическая. Боль утраты , вывернутая наизнанку, усиленная в тысячу раз темной магией Валтара. Она была морем, в котором тонул Эрмин. Он снова видел карету. Ярче, чем в кошмарах. Видел страх в глазах матери, Лиры. Слышал хриплый крик отца, Торвина: – Беги, Эрмин! Живи ради нас! – Но теперь эти слова звучали как обвинение. Ты выжил. Ты один. Ты не смог их спасти.
Над ним, в этом море горя, пульсировала багровая печать Хафенска стилизованная золотая цепь. Из нее спускались черные щупальца, как ядовитые корни, впиваясь в его душу, высасывая последние крохи воли. Шепот Валтара, холодный и насмешливый, витал в пространстве: – Твое одиночество твоя слабость, мальчик. Твоя боль моя дверь. Откройсь. И прекрати страдать. —
Эрмин хотел сдаться. Утонуть. Пустота после Игнисара звала в объятия небытия. Это было бы легче.