Северо-Восток: Фордж Тьмы
Эрмин переступил порог ада. Сигрид, как сияющий ангел возмездия, уже сражалась внутри, ее меч рассекал демонов-кузнецов и охрану. Но Эрмин почти не видел боя. Он чувствовал .
Боль. Невыразимую, всепоглощающую боль тысяч душ. Они висели в воздухе невидимыми сгустками страдания над гигантскими тиглями с черным пламенем. Их отчаяние было топливом, их страх ингредиентом для ковки. В углах пещеры громоздились груды цепей, ошейников явно хафенского производства. На каменном столе у стены валялись свитки, один из них был распечатан на восковой печати угадывалась стилизованная золотая цепь. Доказательство.
Но в центре Форджа, на огромной наковальне из черного камня, лежало нечто, заставившее кровь Эрмина стынуть в жилах. Не артефакт. Яйцо . Огромное, пульсирующее багрово-черным светом, испещренное жилками тьмы. Оно дышало. И внутри него что-то шевелилось . Что-то огромное, злобное и… знакомое . Тот же отпечаток, что и на Сфере, но в тысячу раз сильнее.
– Семя Владыки! – голос Сигрид был полон ужаса и ярости. – Они выращивают нового Повелителя Демонов! Эрмин! Мы должны уничтожить его! СЕЙЧАС! —
Она ринулась к яйцу, сметая последних защитников. Но из тени за наковальней поднялась фигура. Не демон. Человек? Одетый в странные, облегающие доспехи из тусклого металла, с закрытым шлемом, из которого струился легкий дымок. В его руках был не меч, а странный, гудящий жезл, на конце которого светился шар багровой энергии.
– Технолог! – узнал Эрмин-Слуга Гримволда!
Технолог поднял жезл. Багровый луч ударил Сигрид прямо в грудь. Валькирия вскрикнула не от физической боли, а от оскверняющей силы удара. Ее сияние померкло, она отлетела назад, врезавшись в стену.
–Сигрид!– закричал Эрмин.
Технолог повернул жезл к нему. Багровая энергия заряжалась для нового выстрела. Эрмин почувствовал, как его собственная мана задыхается под гнетом Форджа. Он не мог призвать . Не мог защититься.
И тогда, в его сознании, прозвучал не голос, а РЫК . Древний, полный неоспоримой власти и обещания абсолютного разрушения. Рык Игнисара .
Дракон ждал. И он предлагал выход. Ценой, которую Эрмин боялся представить.
Перед ним мерцало багровое жало жезла Технолога. За ним пульсировало чудовищное яйцо, угрожая появиться новому злу. Сигрид пыталась подняться, ее свет был слаб. А снаружи доносились яростные крики Бьярна и его клана, сражавшихся за свою жизнь и за его шанс.
Выбор был ясен. И ужасен. Эрмин закрыл глаза и открыл свою душу древней, разрушительной силе.
–ИГНИСАР!ПО ТВОЕМУ КОНТРАКТУ!Я ЗОВУ ТЕБЯ! СОЖГИ ЭТОТ МЕСТО ДО ТЛА!-
Глава 7: Пламя Возмездия и Холод Предательства
Север-Восток: Фордж Тьмы.
Время остановилось. Багровый шар энергии на конце жезла Технолога рос, наполняя пещеру зловещим гудением и светом, от которого слезились глаза. Запах озона смешивался с вонью Демонов. Сигрид, прижатая к стене, слабо сияла, пытаясь подняться священный свет валькирии боролся с оскверняющей раной. Эрмин стоял беззащитный, его собственная мана была подавлена адской атмосферой Форджа, парализована ужасом и всепоглощающей болью тысяч душ, витавших в воздухе над тиглями.
Рык Игнисара в его сознании был не просто звуком. Он был землетрясением души . Древний, первобытный, полный абсолютной власти и обещания тотального уничтожения. Он не предлагал выход он требовал решения. Цену Эрмин знал: его собственную жизнь, каплю за каплей, как топливо для катастрофы.
– ИГНИСАР! – крик Эрмина не был звуком. Это был выброс чистой, отчаянной воли . Воля спасти Сигрид. Воля уничтожить Владыку. Воля стереть этот Фордж и всю его мерзость с лица земли. Он не просто звал. Он открывался . Его душа, его мана, его сама жизнь все стало ключом, поворачивающим замок древнего запрета.
Воздух в Фордже взорвался .
Не светом. Не тьмой. А давлением . Оно согнуло каменные стены, погасило черное пламя в тиглях, швырнуло Технолога назад, как травинку. Демоны-кузнецы взвыли, раздавленные невидимой силой. Пульсирующее яйцо на наковальне сжалось, как бы в ужасе. Даже души страдальцев замолкли на мгновение.
Из рваного разрыва в самой ткани реальности над Форджем, из пространства, искривленного до предела, вырвалось Пламя . Не красное, не оранжевое. Белое . Белое, как абсолютный ноль, белое, как смерть звезды. И в центре этого всепожирающего сияния возникла Тень .
Огромная. Непостижимая. Игнисар.
Его чешуя была не золотой, не красной, а цвета потухшего вулканического камня, испещренной трещинами, из которых лился тот самый белый, холодный огонь. Крылья, каждое размером с корабль, расправились, задевая свод пещеры, кроша камень. Голова, увенчанная гребнем из сияющих, как алмазы,медленно повернулась. Глаза. Два озера расплавленной магмы, полные терпения эпох и презрения ко всему мимолетному. Они упали на Эрмина.
Малыш,– голос прокатился не в ушах, а в костях, в самой душе. -Зов твой… ярок. Отчаянием. Ненавистью. Чистым желанием уничтожения. Достойно.– Взгляд дракона скользнул к багровому яйцу. -Семя Владыки. Жалкая пародия на истинную силу. И ты зовешь МЕНЯ для такого?– В голосе звучало разочарование, но и… азарт.
Технолог поднялся. Его обезличенный шлем был обращен к дракону. Он поднял жезл, багровая энергия заурчала с новой яростью. Он выстрелил. Мощный луч тьмы устремился к голове Игнисара.
Дракон даже не шелохнулся. Луч коснулся чешуи у основания его шеи… и погас . Как свеча на ветру. Без звука. Без эффекта.
–Насекомое,– прозвучало в сознании всех присутствующих. Игнисар слегка дунул. Не огнем. Просто выдохнул. Воздух перед ним сгустился в ударную волну, невидимую, но абсолютно реальную. Она ударила в Технолога. Его доспехи, его жезл, его тело все рассыпалось в облако мелкой металлической пыли и кровавого тумана. Исчезло. Без следа.
Затем взгляд Игнисара снова упал на яйцо. -А это… оскверняет Мой воздух.-
Он открыл пасть. Не для рева. Для Дыхания .
Белый огонь хлынул потоком. Не просто пламя. Это было Аннигиляция . Камень под ним не плавился он исчезал . Воздух кристаллизовался и рассыпался. Яйцо Владыки вскрикнуло пронзительный, невыносимый для ума звук и испарилось, не оставив даже пепла. Белое пламя лизало наковальню, тигли, орудия пыток все обращалось в ничто. Стены пещеры начали течь, как воск, под невыносимой жарой, которая была жарче звезды.
Эрмин упал на колени. Не от страха. Его высасывало . Мана, жизнь, сама воля все уходило по незримой нити контракта к Игнисару. Он видел, как рушится Фордж, как исчезает Демон, но мир вокруг становился серым, звуки приглушенными. Он чувствовал, как Лираэль отчаянно пытается влить в него силы Леса, но это было как пытаться наполнить бездонный колодец ложкой. Сигрид добралась до него, обняла сияющими руками, пытаясь прикрыть своим светом, но ее сияние было слабым.
Цена Малыш, голос Игнисара был спокоен, как вечность. За величие платишь Жизнью. Ты выживешь. На время. Но помни этот вкус пустоты. Он будет твоим спутником.
Дыхание дракона прекратилось так же внезапно, как началось. От Форджа осталась лишь гигантская, оплавленная пещера, гладкую, как стекло, в центре. Ни тел, ни инструментов, ни яйца. Только чистое, выжженное уничтожение.
Игнисар посмотрел на Эрмина в последний раз. В его магматических глазах мелькнуло что-то… почти человеческое. Любопытство? -Интересный смертный. Не сломался. До следующего зова… если выживешь. Его гигантская фигура начала растворяться, как мираж, унося с собой невыносимое давление и белый свет.
Эрмин рухнул лицом в горячий пепел. В его руке, сжатой в судороге, был обугленный край свитка с печатью Хафенска и обломок от жезла Технолога. Доказательства. Ценой, которая казалась слишком высокой. Мир погрузился в темноту.