Конечно, родные мои, Вы будете осторожны в ответах и особенно в определениях, даваемых вопрошающим, ибо необходимо всегда помнить указанный принцип Вл[адыки] – «Господом твоим!» и еще «не мешать людям». Исходя из их сознания, можно, острожно расширяя их сознание, привести их к действительному пониманию. Но часто это очень длительный процесс, и тогда нужно выказать то терпение, которое имел с нами Влад[ыка]. Ведь в начале каждый нуждается в одобрении и в признании его сил. Отпугнуть неосторожным словом легко, гораздо труднее привлечь и удержать. Влад[ыка] же учит нас удерживать приходящих!
Родные, все это время все мысли неотступно с Вами и кажется нам, что передаются нам все Ваши чувствования. Но «впереди все светло», и трудное время переживется, и будем вспоминать его с особою радостью. Ибо на трудном действии растут силы, и техника музыканта развивается лишь на трудных упражнениях, после которых болят пальцы.
В другой редакции письма дальнейший текст до слова «пальцы» включительно завершает письмо и дан следующим образом: Конечно, родные мои, Вы будете осторожны в ответах и особенно в определениях, даваемых вопрошающим, ибо нужно всегда помнить принцип, указанный Вл[адыкой], – «Господом твоим» и «не мешать» людям, принимая во внимание уровень их сознания.
Осторожно расширяя его, можно привести их к действительному пониманию, но часто это очень длительный процесс, и тогда нужно выказать то терпение, которое имел с нами Вел[икий] Уч[итель]. Вначале каждый нуждается в одобрении и в признании его сил. Отпугнуть легко, гораздо труднее удержать. Но В[еликий] Вл[адыка] учит нас удерживать приходящих. <Неразборчивая фраза от руки.>
Родные мои, все это время все наши мысли неотступно с Вами и кажется нам, что нам передаются все Ваши чувствования. Впереди все светло, и ты, мой родной, прав, говоря, что и это трудное время переживем и будем вспоминать его с радостью, ибо лишь на трудном действии растут силы. И техника музыкальная развивается лишь на трудных упражнениях, после которых болят все пальцы.