Экзотерика запретного, призывающая к нарушению табу, является попыткой регрессии – стремлением отменить этот цивилизационный договор и вернуться в состояние «первобытного стада», где господство определяется грубой силой и отсутствием внутренних ограничений. Однако эта попытка неизбежно обречена на деструкцию. Индивид, сознательно разрывающий связь со своим Супер-Эго, не освобождается от вины, а лишь возвращает вытесненное на поверхность, но теперь уже в формах, не поддающихся адекватному управлению.
Когда человек совершает табуированный акт, он пытается выпустить подавленную агрессию и либидинальные влечения. Но поскольку эти влечения были подавлены именно потому, что они несовместимы с социальным выживанием, их высвобождение приводит к немедленному и мощному противодействию со стороны собственной психики. Возникает колоссальное чувство вины, которое часто маскируется под гордость или ощущение «избранности». Это чувство вины, не имея возможности быть разрешенным через покаяние (поскольку это разрушило бы новую, «запретную» идентичность), трансформируется в паранойю, самонаказание (часто неосознаваемое) и полную неспособность к формированию здоровых, эмпатичных отношений. Либидинальная энергия, которая должна была бы быть сублимирована в творчество или любовь, тратится на поддержание секретности, агрессии и отторжения. Это энергетический тупик, ведущий к истощению и разрушению самой основы личностной целостности.
1.5. Ритуал как насильственное стирание границ: Деструктивный паттерн
Синтезируя антропологическую, социологическую и психоаналитическую перспективы, мы приходим к выводу, что табуированный ритуал – это не акт трансценденции, а акт насильственного стирания границ. Он направлен на создание момента абсолютной неопределенности и хаоса, при котором субъект временно выходит из-под диктата социальной реальности и внутреннего морального закона.