Ритуалы, которые мы анализируем как «запретные», часто являются преднамеренной профанацией священного. Это не просто акт непочтительности; это попытка захвата или обесценивания той самой энергии, которая принадлежит коллективу. Однако эта энергия не может быть присвоена индивидуально без катастрофических последствий, поскольку она существует только в контексте коллективного признания. Когда индивид пытается насильственно перенаправить эту энергию через нарушение табу (например, через инверсию сакральных символов или ритуальное богохульство), он не «заряжает» себя, а, скорее, вступает в конфликт с коллективным бессознательным, которое само является источником его психической стабильности.
Опасность здесь лежит в энергетическом сопротивлении системы. Табуированный акт вызывает мощнейший социальный шок. Внутри группы, практикующей этот акт, этот шок может быть интерпретирован как экстатическое проявление «силы». Но для внешнего мира – и для той части психики практикующего, которая еще помнит коллективные нормы, – это акт агрессии. Эта агрессия, не имея конструктивного выхода, немедленно возвращается к источнику в форме психотравмы, изоляции и отторжения. Исторически, секты, которые сознательно строили свою идентичность на профанации (например, отвержение общепринятых моральных норм или религиозных символов), неизбежно оказывались в состоянии перманентной осады – как внешней, так и внутренней, что в итоге вело к их полному самоуничтожению, поскольку они разорвали связи с источником своего социального существования. Их «священная» энергия была энергией самоизоляции.
1.3. Онтология грязи: Мэри Дуглас и угроза неклассифицируемого
Мэри Дуглас предоставила ключевой инструмент для понимания того, почему табу столь мощны: они охраняют чистоту категорий. В ее понимании, грязь (pollution) – это не просто физическая субстанция, а «материя, вышедшая из своего надлежащего места». Табуированные ритуалы, таким образом, являются ритуалами сознательного создания этой «грязи», онтологической путаницы. Они стремятся скрестить границы, которые в упорядоченном мире разделены (например, живое и мертвое, мужчина и женщина, чистое и нечистое).