Что касается диалогов, представленных в книге, то все они построены на основе художественного вымысла, хотя и под определённым – «буддийским» – углом зрения; при этом речи героев и, частично, цитаты, вынесенные в эпиграфы, представляют собой широкую палитру моих собственных «прочтений» – от «вольных фантазий» до точных переводов – разумеется, кроме случаев отдельных заимствований, которые сопровождаются обязательным ссылкой на их автора или источник. При цитировании стороннего перевода имя его автора также указывается – с этой целью используется «именное» обозначение, например: <А> – Н. В. Абаев, <М> – Ю. Михайлин, <Т> – Е. А. Торчинов и др. (весь список переводчиков см. в примечании2). Для некоторых эпиграфов и цитат, которые приводятся в моём переводе, я использую обозначение <Ц>.
Приступая к ознакомлению с «Диалогами», читатель сразу же догадается, что в образе Поэта представлен сам поэт Р. М. Рильке. В качестве текстового материала для реплик Поэта послужило известное искусствоведческое эссе Рильке «Огюст Роден»3, а также несколько писем поэта, все извлечения из которых я постарался перевести, преследуя высокую степень точности в передаче оригинала, – допуская при этом выборочную редактуру, чтобы обеспечить художественное единство диалогов. Подобного рода «инородные» вставки отмечены квадратными скобками.
Образ Патриарха – собирательный и подразумевает в большинстве случаев таких исторических персонажей, как легендарные чаньские наставники Хуэй Нэн и Линь Цзы. Отмечу, что речения Патриарха являются по преимуществу фантазийными, – другими словами, сочиненными мною «по мотивам» – то есть с разной степенью переработки и взаимного симбиоза целого ряда исходных текстов4; к сказанному добавлю, что в своих «интерпретациях» я старался не слишком грешить против чаньского духа первоисточников.