Однако в подавляющем большинстве мои собеседники сообщали, что они действительно очутились после выхода из физического тела в другом теле. Во тут-то мы проникаем в ту область, с которой чрезвычайно трудно иметь дело. Это «новое тело» представляет собой один из двух-трех аспектов посмертного опыта, где сказывается неадекватность человеческого языка, и мы начинаем натыкаться на препятствия. Почти все, с кем довелось мне беседовать об этом «теле», в какой-то момент терялись и говорили: «Я не могу описать его».
И тем не менее, сообщения об этом новом «теле» очень похожи друг на друга. Так, несмотря на то, что разные люди с помощью разных слов приводят разные аналогии, эти различные способы на самом деле выражают одно и то же. В разнообразных сообщениях о «новом теле» все-таки упоминается о его общих свойствах и характеристиках.
Таким образом, с целью установления приемлемого термина, который суммировал бы достаточно полно все свойства его, я буду с этого момента называть это тело «духовным», как и определяли его два мои собеседника».
Похоже, что умирающие впервые начинают осознавать свое духовное тело, когда понимают ограниченность его возможностей. Они обнаруживают, что вне физического тела они не могут сообщить о своем отчаянном положении другим, как бы они не старались, – их просто не слышат. Это хорошо иллюстрируется рассказом женщины, которую доставили в реанимационную после остановки дыхания:
– Я видела, как меня хотят оживить. Было очень странно. Я находилась не очень высоко: как бы стояла на пьедестале, но не очень высоком, а просто смотрела поверх голов. Я пыталась с ними заговорить, но никто меня не слышал и не слушал.
Ситуация усложняется еще и тем, что личность в духовном теле, убедившись, что ее, вероятно, не слышат, начинает вскоре понимать, что ее и не видят. Медицинский персонал и другие собравшиеся вокруг физического тела могут смотреть прямо в то место, где находится духовное тело, не проявляя ни малейшего признака, что они его видят.