– Здравствуй, дорогой, – с привычной улыбкой ответил старец, – вот опять ты за старое. Я же тебе ещё три года назад сказал, что считаю тебя своим другом и хочу, чтобы ты обращался ко мне на ты, как к равному. К тому же не нужно по любому поводу просить у меня благословения. Это дурная привычка, которая так укоренилась в церкви, что стала чистой праформой наподобие отдачи чести в армии, а у благословения совсем другой смысл.
Чтобы ты знал, институт благословения был во времена отцов способом выражения благодарности Духу при встрече иноков, как знак обоюдного понимания первичности закона Духа и Логоса, а поповство сделало из благословения инструмент подчинения и управления поведением верующих через получение на всё разрешения, поэтому меня всегда коробит эта привычка, унижающая одних и возвышающая других. Ты в Евангелие где-нибудь видел это у Христа?
– Ну ты уж извини, отче, я у тебя три года не был после отъезда, поэтому чувствую некоторую вину за собой и не могу считать себя в полной мере равным вам, то есть тебе.
– Да ладно, оставь это оправдание, будь проще и естественнее. У нас с тобой сердечные отношения, а не формальные, а сердечные отношения требуют предельной простоты и откровенности и не терпят угодничества или заискивания.
В современной церкви всё насквозь пропитано этим угодничеством, заискиванием, сановничеством, за которым уже и не видно евангельской простоты, чистоты и искренности, поэтому давай хоть мы с тобой обойдёмся без этого формализма. Присаживайся с дороги, говори, с чем ко мне пожаловал?
Молодой человек поставил рядом с лавкой пакет и присел справа от старца.
– Да так, выдалось свободное время, вот и решил тебя навестить и ещё немного поговорить о тайной схиме и возможности быть сегодня схимником в миру. После нашего последнего разговора о втором оглашении у меня появилось много вопросов о том, как можно совмещать со схимой обычную мирскую жизнь, вот и решил об этом поговорить.