59. Марина во времена «старичков». Ритуал Перуна. 31 июля 2005 г.
В ее случае таким приводом был Виталий. Пока он был для нее таким звеном, она жила. Да, она халявила, «тупила», металась, но все это было наполнено жизнью, это был ее путь к духу. То, что связывало ее нынешнее угловатое бытие («гороскоп весь в квадратурах») и легкость души. И Боги для нее были. Ее записки – самые проникновенные из всех, которые я прочитал. Они настолько простые, незамысловатые и искренние, но в них такая искренняя любовь. И прежде всего к своему Учителю, к своему «Виталику», который открыл ей настоящий Мир, родных Богов. Да, Виталий для всех был звеном. Но в ее случае это даже не просто звено, он стал для нее как органической частью, сразу с центра Шри Чинмоя, с 16 лет. Той самой «горстью родной земли в узелке». У остальных я не чувствовал такого отношения к Виталию. В этом она уникальна. И это трогает душу.
60. Марина во времена «старичков». Ритуал Купалы. 22 июня 2005 г.
Она много рассказывала о нем и всегда добавляла, как она многого не делала, не понимала, не ценила, но он все равно не бросал, поддерживал, вдохновлял ее. И во всех ее словах – даже не грусть и не обреченность, а вот именно «опущенные руки великана-богатыря», все при нем, но он не может сделать и шага, потому что… Почему? Потому что она уверена в том, что предала своего Учителя, Виталия, фактически саму себя. Тогда, когда Лена заварила кашу и пошла по всем членам группы, оговаривая Виталия, Юру Е подключила – она пообщалась с Юрой и, как говорит, почувствовала, что у нее «произошло что-то с головой». На какое-то время она поверила, что это все правда – в тот момент руки и опустились, что-то очень важное, неуловимое, но присутствующее до этого момента, выскользнуло, и все осталось как прежде, но уже совсем по-другому. Она все задает себе этот вопрос: «Ну как я могла тогда им поверить?» Говорит, ладно, ничего не вернешь и предательство не исправишь, но я ведь даже не извинилась, прощения не попросила, хотя бы для себя уже. Сколько раз, говорит, начинала писать, писала мысленные письма, ходила вокруг телефона, но так и не решилась. Не могу, говорит, пересилить себя.
Слушаю я это все, слушаю и думаю: «Ну, что за дела, надо ей помочь, вдохновить хотя бы, 12 лунный день все-таки!» И я ее повдохновлял на предмет, что обязательно надо это сделать – пусть ничего не вернешь, но нельзя же так, напиши по электронной почте, напиши по обычной, если уж боишься позвонить. В конце концов, просто в одном предложении попроси прощения и просто отошли, без всякой надежды на прочтение и ответ. Сделай то, что ты можешь – результат уже будет! Ты ведь уже не совсем предатель, ты раскаялась, ты думаешь об этом, а выглядит так из-за твоего молчания, будто тебе всё пофигу, ты всё и всех забыла и на Виталю действительно плюнула, и плевать продолжаешь. В общем, вдохновилась она немного, поделился я с ней своими силами, может, и сделает что-нибудь, хоть какое-то завершение (или развитие?) ситуация получит, а так зависла ни туда, ни сюда.
В Оленегорске ничем она толком не занимается, сидит с детьми и все. А ведь, насколько я понимаю, важность регулярной практики, ритма определенного в том и заключалась тогда для них, чтобы не создавать критического напряжения между отросшими высшими телами и пассивно-инертными нижними. Что-то делал за каждого Виталий, что-то компенсировалось за счет перераспределения «жизненных сил» группы, но в целом напряжение все равно нарастало и вылилось в конце концов в разрыв, пробой, который по цепной реакции пошел по всем звеньям.
Да, сейчас еще раз посмотрел ее записки – до сих пор живые, проникнуты детской простотой, светом. Хотя, конечно, это ничего не отменяет, не оправдывает. Почему все распалось? Она считает потому, что никто толком сам ничего не делал для того, чтобы это было, принимали как само собой разумеющееся, не срослись, не сжились с работой, Богами.
Да, Маринка придавлена бытом, тремя детьми, мужем, который «все это не очень понимает, да и разница в возрасте у нас с ним», живет за полярным кругом и т.п. Но при всем том внутренне она живее всех. Я не почувствовал в ней внутреннего краха, критического надлома или явного поражения сознания, только муки совести, сам факт наличия которых говорит о многом. Она явно стала взрослее, чем та женщина на фотках, видео, записях. Пожалуй, из всех «старичков» я одну ее могу представить сейчас на ритуале русским Богам, если вот сейчас закрыть глаза, сосредоточиться на ней и поместить ее в пространство ритуала, которое я переживал сам или которое видел в записях. Это при всех ее существующих нынешних косяках и слабостях, подключениях и прочем. Все-таки внутреннюю преданность своему Учителю она сохранила, несмотря на предательство и опущенные руки.