Заговоры въ славянскомъ житии быша не роскошью, но хлѣбомъ насущнымъ, яко сопровождали всякое дѣло – отъ рожденія до смерти, отъ сѣва до жатвы. Въ сердцѣ народа они суть не токмо магія, но и способъ укрѣпити духъ, обрѣсти покой и защитити домъ свой отъ лиха. Въ трудахъ Сахарова (1841) описано, яко въ повседневной жизни славяне творили словеса чародейныя, дабы благословити труды свои, исцѣлити ближнихъ и призвати благодать. Сіи обряды, яко дыханіе, вплетались въ ритмъ дня, даря вѣру и силу.
Заговоры въ домѣ и семьѣ
Въ крестьянскихъ домахъ заговоры быша частью обрядовъ повседневныхъ, яко хозяйки, пекшіеся о семьѣ, творили ихъ надъ очагомъ, у порога или въ колыбели. Въ Белозерскихъ предаціяхъ XVIII вѣка, собранныхъ Афанасьевымъ (1865), повѣствуется, яко жена, дабы защитити домъ отъ сглаза, клала соль подъ порогъ и шептала: «Соль святая, лихо отгоняй, миръ въ домъ пускай». Сіе дѣйство, простое и сердечное, укрѣпляло домъ, яко стѣны невидимыя. Въ Черниговскихъ рукописяхъ XIX вѣка описанъ обрядъ, гдѣ хозяйка, печа хлѣбъ, чла словеса, дабы пища была благословенна: «Дажбоже, свѣта податель, дай хлѣбу силу, яко земля питаетъ».
Особливо важны быша заговоры для дѣтей, яко они считались уязвимыми къ испугу и сглазу. Въ Вологодскихъ предаціяхъ, собранныхъ Буслаевымъ (1861), упомянута повитуха, яже, купая новорожденнаго, шептала: «Вода-сестрица, смой лихость съ младенца, дай здравие крѣпкое». Сіи словеса, яко объятія материнскія, хранили дѣтя отъ бѣдъ, и нынѣ матеріе ищутъ такія обряды, дабы укрѣпити чадъ своихъ. Въ тѣхъ же рукописяхъ описанъ случай, гдѣ мать, дабы унять плачъ дѣтя, выкатывала яйцо, призывая Ладу, яко хранительницу любви и мира.