– Тебе нужно туда. В Аркаим!
Я поклонился ей. Я ждал этот знак. И он пришёл.
Испытание цели.
Я всегда считал себя человеком целеустремлённым.
Старший Товарищ однажды произнёс для кого-то другого, отвечая на его вопрос, простую, но весомую фразу:
«А вы поставьте себе цель – отжаться сто раз подряд за один подход – и выполните её!».
Я это принял. В тот момент я смог отжаться лишь сорок один раз. Плечо болело, а внутри звучала мысль:
«Как я сделаю ещё пятьдесят девять?» Но вместе с сомнением появилась и тихая решимость.
Я сказал себе: завтра будет сорок два. Послезавтра – сорок три.
И так, день за днём, словно поднимаясь по крутой горной тропе, я двигался вперёд.
Через два с половиной месяца – сто. Сто отжиманий в один подход. На тот момент мне было сорок семь лет.
Для меня это стало не просто физическим достижением. Это был урок духа. Я понял: цель достижима, если двигаться к ней каждый день, без отступлений.
Поэтому, когда в сердце вспыхнула мысль об Аркаиме, я уже знал – дорога туда началась.
И если разум снова кричал: «Ты не сможешь!», то сердце спокойно отвечало:
– Я не для того пришёл в этот мир, чтобы сдаваться обстоятельствам.
Глава 1. Начало.
Предчувствие пути, благословлённое тишиной.
Я решил отправиться один. Аскетом.
Ничего лишнего – только маленькую одноместную палатку, которую я покупал для своих детей играть с ней в комнате, немного еды: овощи, фрукты, орехи, сухофрукты. В то время я уже питался живой пищей, позволяя себе чашку кофе со сливками или какао.
Я достал старое ватное одеяло, потёртый плед, что был со мной ещё с детства, и снял заднее сиденье в машине, превращая её в маленький дом на колёсах. Всё выглядело просто и скромно. Но за каждой вещью скрывалось больше, чем функция. В палатке воспоминания о детях, играющих в ней, в одеяле жила память о доме, в пледе – тепло моего детства, в самой машине – возможность двигаться к новому. Каждая мелочь говорила: «Ты не просто собираешься – ты идёшь в путь». Сборы растянулись почти на шесть часов. Я метался по дому, хватая то одно, то другое. Ум упорно шептал, цеплялся, как за последнюю возможность остановить меня: – Не езди. Будет трудно. Там нет привычного комфорта. Ты не готов.