Когда монастырь Святого Харалампия передали монахиням, отец Порфирий переехал в монастырь Святого Николая в Вафии, на Эгине. В 1940 году Старец приехал в Афины, где был назначен настоятелем храма Святого Герасима при поликлинике, находящейся рядом с площадью Омония4. Там он на протяжении 33 лет служил Богу и людям, живя в смиренной безвестности и совершая великие подвиги во славу Божию. Тысячам людей он помог обрести мир Божий. Отец Порфирий помогал даже врачам, ставя, благодаря своему дару прозорливости, точные диагнозы. По благодати Божией он исцелил многих больных. Все это делал безграмотный, по мирским понятиям, но прекрасно знающий святую грамоту Божию Старец. «Иже премудры ловцы явлей»5, – поется в тропаре Святой Троице.
Закончив свое служение в храме Святого Герасима и уйдя за штат, отец Порфирий несколько лет прожил при храме Святого Николая в Калиссии, в Пентели 6. Наконец он переехал в Мелиси в Малакасу, расположенную примерно в 39 километрах от Афин в сторону Ламии, а затем еще в пяти километрах по дороге в Оропос. Там он жил столь же смиренно, как и раньше, перенося множество своих болезней, которые Бог по Своей любви даровал ему, по слову Апостола, как жало в плоть… чтобы не превозносился7. Мелиси стали местом настоящего массового паломничества. Старец стремился к безвестности, но Бог прославил его. «Мир, – напишет он впоследствии, – считает меня добрым человеком, и все говорят, что я святой. Но я чувствую себя самым грешным человеком на свете… и прошу всех, кто знал меня, молиться обо мне».
Старец смиренно почил в своей келье в скиту Кавсокаливия на Святой Горе 2 декабря 1991 года. Он получил извещение от Бога, что его конец уже близок, и пожелал смиренно окончить жизнь вдали от мира, в тишине и покое Божием.
Никто, кроме насельников Кавсокаливии, не знал о его смерти. Его погребение прошло очень просто, скромно, по-монашески, на той земле, которую
Пресвятая Богородица избрала Своим уделом.