Их тексты свидетельствуют о химии, но о какой-то иной, не той, что мы знаем сегодня, поэтому реконструировать учение адепта куда труднее, чем просто расшифровать алхимический текст, где сводилась и религия, и наука, и культура, и творческая традиция, и что-то ещё.
Известный американский мистик XIX века Джордж Рипли (ум.1880) писал в своей «Книге двенадцати врат»…
«Начинай работу при закате солнца, когда красный муж и белая жена соединяться в духе жизни, чтобы жить в любви и спокойствии в точной пропорции воды и земли. Сквозь сумерки продвигайся с запада на север, раздели мужа и жену между зимой и весной. Обрати воду в чёрную землю, поднимись, одолев многоцветие к востоку, где восходит полная луна. После чистилища появляется солнце. Оно бело и лучезарно. Лето после зимы. День после ночи. Земля и вода превращаются в воздух. Мрак бежит. Является свет. Практика начинается на западе. Теория – на востоке. Начало разрушения – между востоком и западом».
Мы видим, как в легко угадываемом взаимодействии ртути и серы отображено всё мировоззрение автора. Противоположности, в лице мужа и жены сопряжены в четырёх сторонах света, в четырёх временах года, под воздействием четырёх стихий-качеств и качеств-веществ (земли – воды, воздуха – огня). Поэтому воспроизвести сегодня алхимическое предписание – дело почти безнадёжное, ибо для этого надо повторить весь путь боговдохновенных усилий адепта, даже если в его манипуляции речь идёт о чём-то прямом и конкретном. Такое умение было намного больше, чем обычная практика создания благородных металлов, поскольку алхимический рецепт – это действие и священнодействие одновременно, где в основании первого – физические законы природы, а в основании второго – метафизические законы природы. Первая часть рецепта – это технико-химическая процедура, а вторая часть рецепта одухотворена сакральным знанием – ясным свидетельством богоугодности происходящего.
Можно сказать так … где золото и мудрость – там Алхимия.