на полу
и удобно входили в его стиснутые ладони.
Нестор был слева от Паблито, а Бениньо справа.
— 33 —
Игра походила на трехстороннее перетягивание каната, на отчаянную
битву между тем, кто тянул, и тем, кто подвешен.
Когда я вошел в комнату, было слышно только тяжелое дыхание
Нестора и Бениньо. Мышцы на их руках и шеях вздулись от напряжения.
Паблито следил за ними обоими, взглядывая на каждого из них
попеременно мгновенным взглядом.
Все трое настолько ушли в свою игру, что даже не заметили моего
присутствия, а если и заметили, то не могли прервать свою концентрацию,
чтобы приветствовать меня.
В течение десяти-пятнадцати минут Нестор и Бениньо пристально
смотрели друг на друга в полном молчании. Затем Нестор притворился,
будто кусает свою веревку. Бениньо на это не попался, а Паблито
поверил. Он усилил свою хватку левой рукой и зацепился ногами за шесты
для того, чтобы усилить свое положение. Бениньо воспользовался этим
моментом, сделал могучий рывок как раз в тот момент, когда Паблито
ослабил хватку.
Рывок Бениньо застал Паблито и Нестора врасплох. Бениньо всем
своим весом повис на веревке. Нестор был перетянут. Паблито отчаянно
пытался уравновесить себя. Это было бесполезно. Бениньо выиграл игру.
Паблито выбрался из корсета и подошел ко мне. Я спросил его об их
необычной игре. Ему, казалось, не хотелось рассказывать. Нестор и
Бениньо примкнули к нам после того, как сняли свои приспособления.
Нестор сказал, что их игра изобретена Паблито, который нашел эту
конструкцию в своих сновидениях, а затем построил ее, как игру. Сначала
это было устройство, чтобы напрягать мышцы двоих в одно и то же время.
Кто-нибудь один, по очереди, бывал подвешенным, а затем сновидение
Бениньо дало им возможность переделать игру так, чтобы все трое
напрягали мышцы. Они также обостряли быстроту реакции зрения, оставаясь
в состоянии бдительности иногда целыми часами.
— Теперь Бениньо думает, что это помогает нашим телам вспоминать,
— продолжал Нестор. — Горда, например, чертовски здорово играет в эту
игру. Она выигрывает всегда, в каком бы положении она ни находилась.
Бениньо думает, что это потому, что ее тело вспоминает.
Я спросил, есть ли у них правило молчания. Они рассмеялись.
Паблито сказал, что Горда больше всего хочет походить на нагваля Хуана
Матуса, она намеренно подражает ему, вплоть до самых нелепых деталей.
— Вы не будете против, если мы поговорим о том, что произошло
прошлой ночью? — Спросил я в замешательстве, поскольку Горда была
столь решительно против этого.
— Нам все равно, — сказал Паблито. — Ты — нагваль.
— Бениньо тут вспомнил кое-что действительно таинственное, —
сказал Нестор, не смотря на меня.
— Сам-то я думаю, что это был просто запутанный сон, но Нестор
думает иначе.
Я с нетерпением ждал и кивком головы попросил их продолжать.
— Прошлой ночью он вспомнил, как ты учил его искать следы на
мягкой почве, — сказал Нестор.
— Должно быть, это был сон, — сказал я. Я хотел рассмеяться над
этим абсурдом, но они все трое смотрели на меня умоляющими глазами.
— Чепуха, — сказал я.
— В любом случае я лучше скажу тебе, что у меня тоже были похожие
воспоминания, — сказал Нестор.
— Ты водил меня в какие-то скалы и показывал, как надо прятаться.
У меня это не было сном. Я бодрствовал. Я шел с Бениньо за растениями и
внезапно вспомнил, как ты учил меня. Поэтому я и спрятался так, как ты
мне показывал, и напугал Бениньо до полусмерти.
— 34 —
— Я учил тебя?! — Вскричал я. — Как это может быть? Когда? — Я
начал нервничать. Казалось, они не шутили.
— Когда? В том-то и дело, — сказал Нестор. — Мы не можем сказать,
когда. Но Бениньо и я знаем, что это был ты.
Я чувствовал себя глубоко придавленным. Дышать было трудно. Я
боялся, что мне опять станет плохо. Я решился тут же рассказать о нашем
с Гордой совместном видении.
Рассказывая об этом, я расслабился. В конце рассказа я уже опять
взял контроль над собой.
— Нагваль Хуан Матус оставил нас чуть приоткрытыми, — сказал
Нестор. — Все мы видим немножко. Мы видим дыры в людях, у которых были
дети, а также время от времени мы видим небольшое сияние в людях.
Поскольку ты не видишь совсем, похоже на то, что нагваль оставил тебя
совсем закрытым для того, чтобы ты сам открылся изнутри. Теперь ты
помог Горде, и она не то видит внутри, не то выезжает на тебе.
Я сказал, что то, что случилось, могло быть случайным.
Паблито решил, что нам следует пойти на любимую скалу Хенаро и
посидеть там, сблизив головы вместе. Двое остальных нашли эту