Предисловие к английскому изданию
Выход книги «Даосская медитация и цигун. Восхождение на гору Цинчэн. Практическое руководство» на китайском языке стал праздником для всех учеников Ван Юня. Конечно, у нас, его учеников, и ранее была возможность перенимать описанное в книге, а также многое помимо этого напрямую у мастера, однако он всегда обучал нас традиционными методами: только устно и лишь тогда, когда считал, что мы готовы. Акцент на устной передаче знаний является общей чертой традиционных учений как на Востоке, так и на Западе, но, несмотря на множество ее достоинств, языковой барьер для иностранцев может быть реальной проблемой, тем более при наших слабых, к сожалению, возможностях памяти.
Поэтому выход этой книги был столь важен для нас. В ней предлагается всесторонний обзор основ цигуна и даосской медитации, а также подсказки к более глубокому их освоению. Книга также позволяет приобщиться к некоторым из преданий, окружающих эту тысячелетнюю традицию и ее знаменитых бессмертных, которые остаются окутанными тайной, несмотря на свой легендарный статус. Что более важно, книга предоставила нам возможность заглянуть в жизнь и ученичество нашего собственного учителя, человека, который во многих отношениях, кажется, сам вышел из тумана прошлого. Следуя традиции своих скромных и хитрых предков, Ван Юнь редко открывал нам подробности своей жизни, и поймать его в подходящем для рассказа настроении было не проще, чем отыскать в горах следы отшельника.
Ван Юнь – плодовитый автор, пишущий на множество тем. В своих работах он касается не только «трех вершин» – даосизма, конфуцианства и буддизма, но и связывает все свои знания с обыденностью, мягко настаивая на том, чтобы и мудрость, и советы были приземленными и могли использоваться в повседневной жизни. Тем сложнее было для нас решить, какая из троп на склонах горы Цинчэн заинтересует западных читателей и при этом не подбросит их к облакам, не закружив их при этом в них.
Ван Юнь утверждает, что даосизм до сих пор занимает особое место в его сердце. Наша команда переводчиков разделяла это чувство, и мы были очень воодушевлены идеей поделиться легендами о даосских бессмертных, а также о практических методах культивирования здоровья, которые они оставили потомкам. Также мы верим, что потенциал даосизма в качестве жизнеспособной формы «медицины» и его влияние на здоровье во всех аспектах – от диеты и лекарственных трав до упражнений тела и ума – только начинает исследоваться. Говоря прямо, мы надеемся, что публикация этой книги на английском языке послужит делу распространения даосских учений, которые нам так дороги, а также принесет ощутимую пользу читателю.
Во многих отношениях даосские предания живы в виде рассказов и личных свидетельств людей, для которых цигун стал действенным способом борьбы с недугами, от обыденных до потенциально смертельных. Эти практики подарили многим людям долгую и здоровую жизнь. Ван Юнь когда-то рассказал историю о пожилой женщине, которую он встретил во время своей учебы в даосском монастыре. Прошло несколько десятилетий с их последней встречи, и однажды он наткнулся на нее, гуляя по улице. Несмотря на то что женщине было за 90, ее взгляд был ясен, спину она держала прямо и шла быстро и уверенно.
Сложно перечислить все плюсы от регулярных занятий цигуном. Неполный список включает улучшение кровообращения, пищеварения и иммунитета; подъем и выравнивание энергетических потоков тела; облегчение течения хронических заболеваний, снижение болей в теле и заживление старых травм; улучшение качества сна; более ясный ум и достижение стабильного эмоционального фона. Постоянная и усердная практика может привести к полному излечению старых травм и исчезновению любых хронических заболеваний, а также к невероятному укреплению иммунитета и в целом жизненных сил организма. Многие из постоянных учеников Ван Юня, равно как и люди, просто обращавшиеся к нему за советом, обнаружили, что регулярная практика цигуна в сочетании с другими методами, такими как медитация и изменение образа жизни, становилась для них лекарством от депрессии, алкогольной и наркотической зависимости, вспыльчивости, бессонницы, тревожности и даже решала их проблемы в отношениях. Из благодарности к учителю мы стремились поделиться полученным от него сокровищем здоровья и жизненной силы, обучая этим методам людей в школах по всему Тайваню и занимаясь популяризацией оздоровительных практик среди пожилых людей, которых становится все больше.
Цигун предназначен для дополнительной терапевтической практики, основной целью которой является предотвращение заболеваний путем укрепления иммунной и опорно-двигательной систем тела, а также регулирования дыхательной и кровеносной систем. Они не предназначены для замены профессиональной и своевременной медицинской помощи. Читателю настоятельно рекомендуется проконсультироваться с врачом по любым вопросам, касающимся его здоровья, и следовать полученным диагнозам и предписаниям.
В традиционном китайском литературном языке активно используются такие фигуры речи, как гипербола и метафора с целью вызвать у читателя сильные, яркие впечатления. Хотя в данном переводе некоторые утверждения могут показаться категоричными, на самом деле они выстроены именно так в целях передачи риторической силы конкретного аргумента в китайском оригинале, и воспринимать их зачастую следует как поэтические образы, а не буквальные призывы.
Но давайте вернемся к горе Цинчэн, одной из священных гор Китая. На протяжении поколений, со времен великого Чжан Даолина (I–II века н. э.), здесь открывали, осознавали и сохраняли методы, развивающие скрытый потенциал человеческого тела. Согласно легенде, сам Даолин достиг бессмертия и «вознесся на небеса». Название, которое мы выбрали для английского перевода, намекает на восхождение, предпринятое Ван Юнем в молодости, на внутреннее путешествие, которое совершил он сам и которое теперь предлагает совершить читателю.
Английский перевод занял два года и стал своеобразной одиссеей для нашей команды. Мы считаем необходимым представить читателю дикое и обширное море, в котором происходит наше – и, таким образом, ваше – путешествие: китайский язык. Китайский язык является пиктографическим и представляет собой кульминацию более чем пяти тысяч лет трансформации от набора первоначальных идеограмм до примерно 50 000 иероглифов, существующих в самых актуальных словарях наших дней. Таким образом, символы являются продуктом истории, и ученый мог бы рассказать увлекательные рассказы о развитии и множественности значений каждого из них. Некоторые из них приобретают уникальные значения в таких контекстах как медицина, буддизм и, конечно, даосизм. Некоторые символы также получают совершенно иное значение, когда сочетаются с другими символами, и некоторые такие группы символов могут быть непонятны даже для высокообразованного носителя китайского языка.
Красота и ясность прозы Ван Юня в китайском оригинале заслуживают особого внимания, тем более что он является весьма красноречивым оратором, который может использовать и впечатляющие древние формы китайского языка, и поэзию. Однако в большинстве случаев он говорит очень приземленно и практично, приводя в пример современных писателей – как китайских, так и иностранных, – наряду с Конфуцием, Лао-цзы или Буддой. Наверняка вы представляете себе, что, будучи иностранными учениками Ван Юня, мы зачастую бывали одновременно очарованы и совершенно озадачены некоторыми его словами. Во время обучения мы в таких ситуациях обращались к нашим тайваньским товарищам с вопросом: «Что это значило?» и получали в ответ смущенное «Точно не знаю» или откровенное «Понятия не имею». И тем не менее Ван Юнь также дорог своим ученикам за его юмор и легкость, с которой он всегда был готов внимательно выслушать их проблемы, предложить новую перспективу или разбавить лекцию о конфуцианской этике анекдотами и очаровательными историями.
Безусловно, предполагалось, что этот текст будет доступным для широкой публики. Трудность задачи становится очевидной, когда мы понимаем, что даосская традиция очень похожа на наши западные алхимические традиции в том смысле, что язык украшен и закодирован, часто с целью скрыть знания так, чтобы они оставались доступными только посвященным – через передачу от учителя к ученику, которые являются наследниками долгой устной традиции. Тем не менее каким бы сильным ни было желание упростить, автору все же приходилось оставаться верным традициям, которые он представляет, и, следовательно, многие технические слова и выражения требовали от переводчиков той или иной степени дешифровки.
Интересно, что в китайском языке слова «вопрос» и «проблема» одинаковы, и нескольких примеров достаточно, чтобы проиллюстрировать спектр вопросов-проблем, с которыми мы столкнулись. Для начала, одними из основных понятий практики цигун является то, что в английском известно, как «сущность», «ци» (氣) и «дух», и это вызывало затруднения при переводе. Вопрос здесь заключался в том, переводить ли «ци» на английский и потерять часть его значения или оставить в его относительно широко распространенной на западе китайской версии. Действительно, «ци» можно перевести как «жизненная энергия», «дыхание» или даже «воздух». Мы выбрали китайский вариант, чтобы передать различные уровни значений, которые содержит это слово.
Еще один нюанс, с которым мы столкнулись, касался выражений, в которых китайские иероглифы проблем не вызывали, но их использование было специфично для даосизма. Это относилось как к отдельным символам, так и к выражениям. Так, 汞 (гун) или «ртуть» представляет 神 (шэнь) «дух», а 採小藥 (цай сяо яо), что буквально означает «собирать маленькое лекарство», – довольно милое выражение, но не слишком информативное. Однако в контексте даосизма это относится к очень конкретному этапу внутреннего роста практикующего, к своего рода вехе. В таких случаях мы обычно давали тексту объяснить себя самому и поясняли термин при необходимости. Иногда часть значения могла теряться, как это неизбежно в любом переводе, но мы сделали все возможное, чтобы придерживаться духа, а не буквы текста.
Наш переводческий путь, безусловно, был сложным, но также и чрезвычайно полезным для нас. Переводчики поддерживали друг друга, а тайваньские ученики Ван Юня нам помогали, что привело к многим радостным прорывам. Когда переведенный текст начал приобретать форму, мы были удивлены щедростью и тщательностью, с которой наш учитель передал ключевые концепции и практики как тем, кто стремится практиковать цигун, так и просто любопытным читателям. Нам безусловно очень повезло, потому что мы смогли так тесно погрузиться в текст, разобраться в последовательностях и в целом получить более широкий контекст практики цигуна. Как начинающие практикующие, мы извлекли для себя большую пользу, раз за разом перечитывая текст книги, и, конечно, особенно ценным были консультации с учителем Ван Юнем, к которому мы обращались за прояснением ряда терминов. В свойственной ему щедрой манере он не только давал ответы на наши вопросы, но и предлагал новые идеи для размышлений.
Теперь же мы приглашаем вас к знакомству с текстом книги. Сюжетная линия движется довольно свободно, и мы предлагаем вам позволить себе плыть по течению без предвзятости, быть открытыми к всеобъемлющему духу даосской практики, который автор стремится передать. Конкретные практики, представленные в тексте, таким образом, будут иметь больший смысл. Из-за тонкой природы практик мы сами поняли, что при каждом прочтении мы обнаруживаем новый слой смыслов, ранее упущенный. Это также связано с тем, что, когда вы начнете выполнять упражнения, представленные здесь, личный опыт углубит ваше понимание таких абстрактных понятий, как ци, и вы на себе ощутите удивительный эффект от, казалось бы, простых техник. Более систематизированная версия практик находится в Приложении. Поскольку цигуном лучше всего заниматься под руководством квалифицированного учителя, мы предлагаем вам обращаться к нам с любыми вопросами, которые могут возникнуть во время вашей практики. Больше мы не будем вас задерживать и проводим в путешествие, которое, мы надеемся, будет путешествием к здоровью, омоложению и множеству внутренних открытий.
Modern Wisdom Translation Group
mwtg.inquiries@gmail.com
Январь, 2019