Те, кто в древности преуспели в управлении,
умели, прозревая мельчайшее и тончайшее,
погружаться в сокровенное.
Но как рассказать о них,
если находясь на недоступной для других глубине
сами они оставались непостижимыми? —
Только описывая их внешние проявления.
Они были сосредоточенными, точно шли по тонкому льду,
осторожными, будто опасались побеспокоить соседей,
сдержанными, как в гостях,
податливыми, каким бывает тающий на солнце лед,
естественными, словно необработанное дерево,
вмещали в себя все, наподобие широкой долины,
оставаясь при этом непроницаемыми, как мутная вода.
Но мутная вода, когда отстаивается, становится чистой,
а ее движение несет с собой жизнь.
Так же и те, кто следовал Дао:
они не стремились к чрезмерному,
и потому все оставляли в неизменности.15
ХVI
Если сделаться бесстрастным и сохранять покой,
вещи будут изменяться сами собой,
и нам останется лишь созерцать их изменение.
Изменяясь, все множество вещей возвращается к своему началу.
Возвращение к началу завершается покоем,
возвращение к покою – есть возвращение к сущности.
Возвращение к сущности – это достижение постоянства.
Знание постоянства ведет к обретению ясности,
незнание постоянства – к опасности навлечь беду.
Знающий постоянство становится совершенным;
совершенный – справедливым;
справедливый – царственным;
царственный следует Небу;
кто следует Небу – следует Дао;
кто следует Дао – тот не погибнет.16