Даниэль взял свиток. Текст изменился. Теперь там были другие строки, или, возможно, те же строки, но он просто видел то, что не мог увидеть раньше – как проявляется надпись, сделанная симпатическими чернилами:
«Султанская Башня – это эго, заключённое в темницу самости. Йод Йод— священное Имя, которое ты носишь в себе, не зная об этом. Петля Света – не ловушка, а освобождение через повторение, как мантра освобождает через повторение имени Бога. Но чтобы поймать Башню, нужно стать Охотником. А чтобы стать Охотником, нужно перестать быть собой – тем собой, которого ты считал собой тридцать семь лет».
– Я не понимаю.
– Второй ярус для понимания. Первый – для памяти. Читай дальше.
Даниэль продолжил чтение Таргума, но теперь арамейские слова звучали в его голове не как мёртвые филологические артефакты, а как живая мантра. Векадмин – не просто «в начале», но «в Востоке», «в источнике света», «в точке вечного восхода». Каждая буква открывала новое измерение смысла, как граната раскрывается, обнажая зёрна.
Внезапно он осознал: буква Бет похожа на дом, открытый с одной стороны. Три стены и крыша. Открыта сторона, обращённая к будущему, к продолжению текста. Но с дагешем внутри – это дом с жильцом. С оком, смотрящим наружу через открытую дверь.
– Кто живёт в доме? – спросил он вслух.
– Ты начинаешь понимать, – улыбнулся Охотник, и его улыбка была улыбкой учителя, видящего, как ученик делает первый самостоятельный шаг. – Но для полного ответа потребуется пройти все ярусы. Готов ко второму?
Даниэль кивнул.
Мир снова взорвался светом, но на этот раз он не закрыл глаза. Он смотрел прямо в сердце взрыва, в белую точку, из которой рождаются все цвета.
Глава 4. Второй ярус: Расщепление
Профессор Даниэль Кац опустил взгляд на раскрытый том Таргума Онкелоса. Но теперь он знал – это третий раз. Третий круг спирали.
Пакет на столе. Книга Йогананды внутри. Новая надпись, появившаяся как грибница после дождя:
«Второй ярус пройден. Ты начинаешь видеть двойственность. Означающее и означаемое. Читатель и текст. Себя и Себя. Осталось пять».