Вопрос, прозвучавший в воздухе, то ли за счет дрожавшего голоса О., то ли потому, что он был каким-то слишком избитым, резанул ухо, будто ножом. Конечно, с ней не все в порядке. Вернее, с ней все несколько иначе, чем было пару дней назад.
– О., я… кажись… того.
– Того?! Что ты хочешь этим сказать?
М. нервно сглотнула.
– Ну, как там говорится… В положении.
– В каком положении, о чем ты говоришь вообще? Я не понимаю, – начал он снова раздражаться.
– Да беременна я, тупица!
Это прозвучало неожиданно громко для хрупкой девушки. О. вздрогнул. Замер на мгновение, а потом, мягко обхватив девушку за плечи, прошептал:
– Это точно?
М. закатила глаза.
– Да, глупенький. У меня токсикоз.
Парень покачнулся, почувствовав резкую дрожь в ногах, и тоже осел на пол. К такому повороту он явно был не готов. Заметив такую реакцию, М. поспешила привести его в чувство.
– Эй, малыш, ты чего? Это же прекрасно! Новая жизнь, глоток свежего воздуха в нашей семье! А?
Но он, казалось, не слышал. Только спустя несколько секунд пришел в себя.
– Детка, это, конечно, офигеть, только я че-то не совсем готов к этому. Мы же как бы тили-тили, трали-вали, за свободные отношения. Но ты не волнуйся, я переживу. Переживу.
М. недоверчиво улыбнулась.
– Иди лучше, поешь, чайку попей. Я пойду умоюсь и к тебе подтянусь.
О. невидящим взглядом проводил девушку – будущую мать их общего ребенка – до ванной. Он все еще не мог поверить в происходящее.
«Какой же я дурак!» – наконец созрело в сознании парня. «Как я мог быть таким невнимательным к любимой. Так подозревать ее… Это ужасно низко». О. спрятал лицо в своих широких ладонях. Так стыдно, как сейчас, ему давно не было.