Ощущения стали настолько яркими и мощными, что создавалось впечатление, что где-то внутри тела отключили какие-то фильтры, которые сдерживали до этого поток чувств, воспринимающих окружающий мир. Смехов замер и прислушался к окружающему пространству. Что же это Айрук сделал с ним? Он чувствовал каждой клеточкой дуновение ветерка, несущего на своих эфемерных крыльях запах десятка трав, которые до этого он мог не учуять даже носом, не то что кожей. Дыхание леса проникало в него каскадом звуков, но они не оглушали, а наоборот, складывались внутри в какую-то причудливую мелодию, которую невероятно приятно было слушать, и которую невозможно было воспроизвести, потому что она менялась каждое мгновение.
В какой-то момент Смехов вдруг понял, что, возможно, он чувствует тайгу так, как это делают звери. А это значило, что он либо сам становился зверем, либо это волк, каким-то образом нащупывал тайные тропы в его чувственной сфере. Юный Охотник замер на месте и закрыл глаза. Ему показалось, что он сбился с пути и потерял на мгновение тепловой след, соединяющий его с таежным зверем. Но нет, тепло по-прежнему ощущалось в пространстве, словно человек шел на горящий неподалеку огонь, который, в отличие от обычного костра, не дымил, не имел запахов и не издавал потрескивающих звуков. Смехов сделал шаг вперед и опять замер. Странно, но ощущение тепла раздвоилось. Оно исходило как спереди, так и сзади, из того направления, откуда Охотник начал свое движение. Смехов стоял какое-то время на месте, слегка раскачиваясь, пытаясь понять природу этого двойного теплового следа. И тут до него дошло. «Огнем», который настиг его со стороны спины, был Айрук. Он излучал тепло так же, как и волк, находящийся где-то совсем рядом. Более того, это ощущение было сейчас таким знакомым, что Всеволод осознал, что он всегда чувствовал его, просто раньше не понимал этого. Возможно, он так же ощущал раньше и волка, но эти фильтры внутри не позволяли ему понять природу этих чувств, теперь вышедших на поверхность могучей волной. И сейчас он стоял между двух «костров» – волком и человеком, которые ощущались им одинаково. Вот что имел в виду Айрук, когда говорил, что волки – это их Братья. Смехов улыбнулся и опять двинулся вперед. Чтобы через несколько шагов снова замереть – прямо перед ним, среди невысокой травы, замер серый зверь.