– Пойдем, пойдем, познакомлю тебя кое с кем, – Макс заговорщицки улыбался, и Смехову стало даже не по себе. Но друг крепко схватил его за руку и повлек за собой к выходу.
Около ворот, в тени раскидистой березы, стоял запыленный серый УАЗ, двери которого сразу открылись, стоило пацанам появиться из ворот лагеря. Навстречу им из салона машины неспешно выбрался пожилой человек азиатской внешности. Он улыбался, но его глаза внимательно изучали Смехова, словно незнакомец хотел разглядеть в нем что-то, ведомое только ему одному. Сева почувствовал себя неуютно. Мужчина похлопал по плечам Коврова, словно своего родственника, а его другу протянул сильную мозолистую руку.
– Привет, Адучи. Привет, Всеволод.
Смехов с удивлением уставился на друга, не понимая, почему азиат назвал того таким странным именем. Но Ковров лишь подмигнул ему, никак не прокомментировав этот эпизод.
– Меня зовут Шорхит, я родом с Алтая, – человек продолжал рассматривать Смехова, – я узнал, что у Адучи появился хороший друг в лагере и попросил его нас познакомить. Ты не против?
Смехов покачал головой, продолжая растерянно поглядывать на Коврова. А алтаец провел руками по его волосам и, подмигнув, прошептал:
– Ну, вот и чудесно. Значит, будем знакомы.
Они прогуливались по окрестному лесу, но не по вытоптанной тропинке, как это обычно делали все приезжающие, а прямо по полянам, заросшим папоротником и травой. Шорхит спрашивал, как у них прошел сезон, хочется ли им уже поехать домой, и еще много всяких отвлеченных вопросов. Но у Смехова сложилось отчетливое впечатление, что алтаец приехал в лагерь даже не столько, чтобы повидать, как он его назвал «Адучи», а для того, чтобы познакомиться именно с ним. Когда Шорхит уехал, и они побежали с Максом обратно в отряд, Смехов бортонул друга плечом и на ходу спросил:
– Что это было вообще?
Ковров весело рассмеялся. Было видно, что его странный визит алтайца не только не смутил, но и оставил очень довольным.
– Я тебе потом расскажу, Севыч.
Но Смехов остановился и, нахмурившись, произнес:
– Нет уж, давай сейчас рассказывай.
Ковров тоже остановился и, не переставая улыбаться, ответил: