После завтрака Сева подошел к Коврову, сидевшему в одиночестве на скамейке около их корпуса, и вопросительно кивнул на место рядом. Максим, улыбнувшись, стукнул по скамейке ладошкой.
– Слушай, – Смехов нахмурился, пытаясь подобрать слова для правильного захода, – ну ты это… когда говорил про этот… ну кошмар ночной… что имел в виду?
Максим, прищурившись от утреннего солнца, покосился в сторону собеседника. Смехов глубоко вздохнул.
– Ну, короче, ты сказал, что я не один такой. Что ты имел в виду?
Ковров усмехнулся.
– То и имел. Что ко мне он тоже приходит.
Смехов облизал пересохшие губы.
– Правда? Или ты это так, чтобы меня поддержать?
Максим вопросительно кивнул.
– А зачем мне это надо?
Сева пожал плечами.
– Ну не знаю, – он задумался на несколько секунд, а потом подсел к Максиму поближе, перейдя почти на шепот, хотя рядом со скамейкой никого не было.
– Так ты поэтому тоже не спал?
Ковров мрачно покачал головой.
– Тоже. Поэтому.
Смехов потер ладонями уши.
– Вот это номер. Странно все это…
– Что?
– Ну что у нас один сон на двоих.
Ковров улыбнулся.
– Сны разные. Кошмар один.
Они замолчали, словно эта тема неохотно давалась им обоим. Затем Смехов примирительно хлопнул собеседника рукой по плечу.
– Ты это, извини меня. Ну, что я так с тобой. Я же не знал…
– Да нормально, – Ковров откинулся на спинку скамьи, – что я, не понимаю что ли…
– Ну и что будем дальше со всем этим делать? – прищурившись, спросил Смехов.
– Есть одна мысль, – пробормотал Ковров, подмигивая товарищу по кошмарам.
До конца сезона оставалось всего два дня и посещения лагеря родителями уже прекратились. Поэтому Сева был очень удивлен, когда в корпус вбежала их вожатая, Света, и подошла к Максиму, сидевшему на кровати и читавшему книгу:
– Максимчик, к тебе там приехали. Ждут тебя у ворот.
Макс тут же отложил книгу в сторону, словно ожидая эту новость, и подмигнув Смехову, жестом позвал его с собой. Сева вопросительно кивнул в ответ.