Для начала бог включил свет, чтоб видно стало, что, куда и где. При этом свет СТАЛ, то есть просто начал быть как повсюду стоящая вещь. Чтоб выключить на ночь, бог на него, как одеяло на торшер, набрасывал тьму – спать-то тоже когда-нибудь надо, а при свете не очень-то поспишь. Однако, это же страшно неудобно, да и угореть можно, пожароопасно. Так что пришлось задуматься, как с этим светом громоздким совладать, чтоб кажин день не бегать по всему свету свет занавешивать – и понадобилось богу небо, чтоб не по всему свету светить, а светить на весь свет только сверху – так же удобнее будет. Сказано-сделано, и бог на второй день выдул здоровый такой пузырь внутри воды, который назвал твердью: верх небом, а низ – морями. Но пузырь-то – дело ненадежное, может и лопнуть. Так что пришлось богу опять трудиться, пузыревы стенки укреплять: сперва море под ногами раздвинул и – бинго! – появился клочок суши, куда стало можно хоть сушилку для белья поставить штаны просушить – а то ведь так и ходил все три дня в мокрых-то. Однако, чем сушить-то? Солнца-то нет. Поэтому на другой день богу пришлось забираться на небо без стремянки (ее он пока не создал, забыл), сплачивать деревянный небесный свод на столбах и приколачивать к нему солнце, луну и звезды, в которые еще надо было втиснуть неуклюжий громоздкий свет, собирать его, стоящий столбом по всему свету и уминать, утаптывать ногами как неподатливую тряпку, чтобы втиснуть по частям в светила – ох и упарился за день-то четвертый. Хорошо, хоть посеянное на суше в третий день само проросло и земля позеленела, жить стало веселее.
А дальше пошло, как по писанному (писание же, оно, известное дело, богодухновенное, это же вам не просто бог начихал): уж коль создал мир, так надо его населить всякими тварями – а то кто же станет в нем жить и радоваться? Не все же самому-то. Ну и насоздавал: всякой твари по паре. А в конце концов, когда день шестой склонялся к вечеру, «сотворил человека по образу и подобию своему, мужчину и женщину сотворил их». Как же так, не может быть – так сам-то он кто, мужчина или женщина? А может, эдакое двудомное существо, где пестики и тычинки все вместе? Ой, я прям стесняюсь штой-то!