Еще до обращения на него внимания и до того, как это смысловое переживание перерастет в мысль или образ, при определенном навыке можно понять, что этот прилог чужд и инороден нам и в своей перспективе грозит перерасти в нечто, потенциально опасное для нашей целостности. На данном этапе очень легко прогнать прилог (если, конечно, удалось его вовремя опознать): достаточно произвольно не смотреть и не слушать «в его сторону».
2. Помысл
«Змей начинает свой вкрадчивый разговор с Евой».
Прилог, как и ожидалось, оформляется во вполне конкретную мысль. На инородность этой мысли указывает не только непроизвольность возникшего движения ума, но и в некоторых случаях тот голос, которым такая мысль может звучать, а также узнавание в ней какой-то вкрадчивой лживости.
Отогнать от себя помысл немного сложнее чем прилог, но вполне по силам любому, даже неискушенному в вопросах мыслительной аскезы человеку. Для этого необходимо либо подавить эту мысль, либо переключить внимание на что-то другое.
3. Собеседование (или сочетание) с помыслом
«Ева вступает в диалог со змеем и получает предложение с “той стороны”».
Сочетание с помыслом возникает в результате внимания ранее возникшему помыслу. Как известно из повседневной жизни, если мы вступаем в беседу с каким-нибудь уличным торговцем, нам затем бывает довольно сложно от него избавиться. Зачастую дело заканчивается тем, что мы у него что-нибудь да купим. Змей, подобно такому торговцу, начинает «продавать» Еве плод с Дерева познания добра и зла, описывая его достоинства:
«…будете как боги, знающие добро и зло».
Он искушает Еву и, будь у Евы побольше опыта, она могла бы обнаружить в этом искушении отчетливый характер принуждения: происходит то, что можно назвать «захватом» внимания. Теперь не она произвольно управляет своим вниманием, а внимание непроизвольно следует за внедренным в сознание объектом.