Обезьяна (что слева)указывала рукой на человека с прозрачным пакетом, в котором видна различная еда. Человек зашел в комнату, и через открытое окно было видно, что все содержимое пакета он разложил в белую высокую коробку. Шрам помнил, какими звуками люди называли эту коробку: «Холодини».
– У-у! – Шрам указал на другое окно.
Да, это важнее! Там человек складывал в чемодан ручное оружие. Пистолеты, ножи и автомат. Вот он, символ власти. Он очень был нужен стае. Какая-то мелодия в сочетании разных звуков привлекла общее внимание. Человек приложил руку к уху и, разговаривая медленно, пошел в соседнюю комнату. «Пора!» Осмотревшись по сторонам, бабуины незаметно рванули к окну. Две секунды – и они внутри. Еще минута, и у Шрама на поясе была застегнута кобура с пистолетом и с запасной обоймой. Автомат за плечо и быстрей в окно на ближайшую ветку дерева, где только что мелькнул хвост вооруженного товарища.
Великая Стая бабуинов подошла к любимому водопою. Самцы с копьями и дубинами стояли по кругу на страже, пока самки и молодняк пили воду и умывались. Место было выбрано стратегически правильно, рядом высокие деревья, а под ними хорошо просматривалась ближайшая территория. Неспокойные времена нынче настали.
Послышался подозрительный шорох в кустах, метатели копий приготовились, становясь в стойку. Перед ними вышли трое крупных самцов с дубинами. После очередного шороха веток и звука «кхе» на поляне появились герои этого дня: Шрам и Зоркий. Обезьяны, вооруженные до зубов (да-да, и в зубах зажаты военные ножи), вошли в стаю, показывая всем свою добычу.
* * *
Стараясь идти как можно тише, юный монах проходил по длинному коридору, и все равно в высоких потолках этого храма были слышны его шаги. Зайдя за очередную колонну, он оказался в саду с розами, где на лавочке трое братьев что-то шепотом обсуждали. Рядом с ними сидела дворовая собачка. Увидев Федора, она завиляла радостно хвостом и побежала к нему. Сразу же поставила передние лапы ему на колени, прося ласки. Монах погладил пса, а он не отставал, просил еще и еще ласки.