Коррупция в России имеет не менее глубокие корни. Так, существует версия относительно того, что появлению коррупции в нашей стране мы обязаны Византии, где и была заимствована система, названная «кормлениями». Давайте представим себе такую ситуацию, где глава государства, отправляя своих представителей в провинции, наделяет их огромными полномочиями, не выдавая при этом из казны оплаты. Предполагалось, что обеспечение будет осуществляться за счет населения. Поэтому заинтересованные граждане щедро одаривали тех, от кого зависела их судьба. В результате в сознании как верхов, так и низов формируется понимание того, что любое обращение к сановнику должно быть подкреплено чем-то ценным. Поэтому «кормления» воевод и присвоение ими платы за разрешение конфликтов считались обычным доходом служилых людей наряду с жалованием из казны или получением поместий. Первые письменные упоминания о «посулах» встречаются в летописях XIV века. В Двинской уставной грамоте 1397—1398 года в статье 6 говорилось: «А самосуда четыре рубли; а самосуд, то: кто изымав татя с поличным, а посул собе возмет, а наместники доведаются по заповеди, ино то самосуд; а опрочь того самосуда нет»47. Иными словами, речь идет о незаконном присвоении потерпевшим от кражи судебных полномочий (самосуде).
При этом самосудом признается незаконное получение денежной компенсации, причитавшейся наместнику, на которого возлагалось осуществление правосудия. Тем не менее, большая часть исследователей истории российского законодательства полагает, что понятие посула начинает употребляться в смысле взятки, начиная с Псковской Судной грамоты 1397 года. Так статья 4 Псковской грамоты гласила: «А князь и посадник на вече суду не судять, судити им у князя на сенех, взирая в правду по крестному целованью. А не въсудят в правду, ино Бог буди им судиа на втором пришествии Христове. А тайных посулов не имати ни князю, ни посаднику»48. Упоминания о посулах также можно встретить в Новгородской Судной грамоте и в Судебнике 1497 года, где в статьях 33 и 34 запрещалось неделыцикам брать посулы с тяжущихся для судей и лично для себя. В свою очередь, в статье 68 говорится о запрещении взимать посулы и давать ложные показания на суде по всем городам и волостям русского централизованного государства, что указывает на стремление великокняжеской власти бороться с бесчисленными проявлениями мздоимства. Традиционно в царской России взяточничество разделялось на «мздоимство» и «лихоимство». Чиновник считался «мздоимцем», если получал взятку за исполнение своих обязанностей. «Лихоимцем» считался чиновник, совершающий незаконные действия за взятку. «Лихоимство» считалось более тяжким преступлением и каралось более строго.