Глава 5. Второй поход на болото.
Валериан Петрович и Паша стояли рядом с опустевшей кочкой, и на лицах их было написано полное недоумение.
– Да, дела. – Валериан Петрович поскреб затылок – Так незаметно могла только живая змея соскользнуть с кочки. Но она не была живой. Мы все были этому свидетелями.
– Но они ведь волшебники! – Паша присел и оглядел кочку со всех сторон – По крайней мере, она не упала, трупа её здесь рядом нет. И что нам теперь делать?
– Домой идти. Утро вечера мудренее. Раз к нам никто не вышел, значит так надо. Если её забрали, им нужно время, чтобы со всем разобраться.
Паша поднялся и начал всматриваться вглубь болота, скрытого серыми непроницаемыми сумерками. Ветер перешептывался с листвою, и этот разговор был на понятном только им одним языке. Свои тайны лес не спешит открывать тому, для кого этот разговор не был предназначен. Но Паша чувствовал, как скорбная тревога пряталась там, за берёзками и высокой травой. И ещё что-то, будто неясный зов. Он вздрогнул и поёжился.
– Дед, надо завтра снова идти на болото. – Сказал он.
– Мы так и не выполнили их приказ, и его никто не отменил. Что нам делать на болоте? – Возразил дед – Они нам показали место, где должна быть бусина. Искать её там надо. С утра этим и займёмся.
Паша ничего не ответил. Но он уже решил для себя, что пойдёт на болото один, пока все остальные будут искать бусинку. Он поймал себя на мысли, что это он не сам решил, а будто кто его позвал. Но деду он об этом не сказал, не обязательно ему это знать.
Они шли к деревне по лесу, подсвечивая себе дорогу фонариком, который дед так дальновидно захватил с собой. Из окон их дома светил на улицу яркий свет, и слышались голоса. Вся их компания так и не расходилась, хотя время было уже далеко за полночь. Услышав, что мёртвая змея пропала, и они даже не поняли как, посыпались предположения, одно невероятнее другого. Паша не стал участвовать в разговоре, пожелал всем спокойной ночи и прошёл к себе в комнатку. Он слышал, как вскоре гости начали расходиться, и дед вышел проводить их на улицу.
Паша дождался, пока дед и бабушка, тихо переговариваясь, разошлись по своим лежанкам, дождался, пока захрапел дед, потом засопела бабушка, и осторожно поднялся с кровати. Он не задумывался, почему вдруг посреди ночи, не дожидаясь утра, он решил направиться на болото. Так надо было кому-то, и он не в силах был сопротивляться этому.
Рюкзак деда лежал на веранде, он его даже не стал его распаковывать, и Паша достал из него фонарик. Он снова надел сапоги, которые оказались внутри всё ещё мокрыми, но он не стал искать в сарае другие. На небе блестела луна, такая яркая, и была так близко, что Паша различал на ней кратеры. Звёзды, высыпанные на небосклон чьей-то щедрой рукой, тихо перемигивались между собой. Паша уверенно шёл к Волчьим скалам, и на душе его было легко и спокойно, он даже фонарик не зажигал. Тьма преображает привычные предметы вокруг, делая их таинственными и необыкновенными, и Паше казалось, что он попал в совершенно другой мир, и этот мир его ждал.
Сразу же за скалами он пошёл краем болота, откуда начиналась та незаметная тропа, которая и должна была его привести в сердце болота, где его ждали ответы на вопросы, которым они не находили объяснения. И сегодня он их получит. Смелости его немного поубавилось, когда под ногами у него, вместо твёрдой почвы, стал мягко пружинить травяной слой, и зачавкала вода. Пройдя по тропе несколько шагов, Паша заметил, что всё болото словно ожило, расцветившись слабыми молочными огоньками, которые, то вспыхивали между кочек, то снова погружались в тёмную воду. Он не прощупывал перед собой дорогу, как делали они это днём, у него появилось ощущение дороги, он знал, куда надо ставить ногу, и на какую кочку можно было опереться. Усталости тоже не было.
Когда он успел пройти корягу, которая должна была показать ему дальнейший путь, он так не понял. Он просто шёл и шёл вперёд, и огляделся вокруг только тогда, когда снова послышался серебряный звон ручейка. В этот раз его уже там ждали. И под лунным светом больше не было обманчивых образов. Ветряки предстали перед ним в своём истинном образе. Словно ожившие коряги, чёрные силуэты их были покрыты накидками из сухой травы, а чёрные, сияющие глаза, блестели в ночи так, будто внутри них пылал живой огонь.
Паша остановился перед ручьём и налетевший ветер несколько раз закружился вокруг него, заставив склонить голову. Раздался голос ветряка, который стоял ближе всех к Паше и был самым высоким, и перед глазами Паши сразу поплыли образы, навеянные его рассказом:
– Бусина, которая есть у каждого ветряка, это не просто дар нашей прародительницы, который помогает нам выжить и скрывает нас от чужих глаз. Это ещё и ключ, который открывает дверь в мир, который ждёт каждого из нас в конце пути. Очень давно, в начале времён, мир был поделён между теми, кто пришёл первыми на землю. Они помогали вечному создавать этот мир с безграничной любовью и со справедливостью. Сначала все обитатели его были бесплотны. Духи стихий и до сих пор бесплотны. Они давно ушли в свой удел, следя оттуда за тем, чтобы равновесие верхнего и нижнего миров не было нарушено. Они не могут выходить в верхний мир людей, их мир – это покой, гармония и порядок. Их память хранит ростки всего живого, что они сотворили по воле пославшего их. Но потом из тёмной бездны пришли те, кто вероломно задумал овладеть этим миром, установить в нём свои мерзкие законы. Произошла первая битва, и извергов запечатали словом. Их закрыли в подземных чертогах, в которые никогда не проникает свет нашей звезды. Но они оставили на земле свои гнилые ростки, которые заражают мерзостью того, кто слаб духом. Наш народ не нарушает законов, которые оставлены нам Духами творения, но нам был отпущен срок, по истечении которого мы должны были покинуть наземный мир и присоединиться к нашим предкам. Теперь этот мир уже не наш, и мы здесь не хозяева. Это закон природы. Все существа, рано или поздно, покидают свой гостеприимный дом и отправляются в далёкий вечный мир покоя, оставив здесь свои ошибки, радости, горести, привязанности и заботы. Мы должны уступить место тем, кто идёт за нами, кто ждёт своей очереди, чтобы тоже пройти весь этот путь от своего рассвета до неизбежного заката. И нельзя нарушить этот порядок. Тот, кто нарушает его, становится изгоем. Но есть те, кого задел тлен разложения извергов, они пошли против нерушимых законов, и они знают, что их ждёт там, где уже никто не может хитрить и ловчить, где свет разбивает всё ненастоящее и оставляет только истину. Но так уж устроено любое существо, перешагнувшее хоть раз через закон, что оно всегда будет надеяться перехитрить того, для которого нет тайн. Поэтому они готовы идти на любые преступления, лишь бы не понести заслуженного наказания. К сожалению, мы сразу не распознали в похитителе бусины именно то изначальное зло, которое, чувствуя конец своему существованию, замыслило свой хитроумный план, от которого пострадали не только мы, но и люди. И в этом есть наша вина. Горе и скорбь ослепили нас, и мы приняли вас за своих обидчиков. Сейчас, когда ещё один наш брат пал от рук того, кто был истинным виновником всех этих несчастий, мы призываем вас объединиться с нами, чтобы навсегда изгнать из мира живых этого полумертвеца, высасывающего жизнь из всего, к чему он прикасается. Он жил среди людей, губя их души, чтобы продлить ещё хоть ненадолго свою никчёмную жизнь. Там, куда приведёт бусина, ему нет места, и он это знает. Но он надеется с помощью её остаться незамеченным в долине Медленных Теней, где запечатан вход в подземный мир, чтобы открыть его и присоединиться к тёмным порождениям, чтобы и дальше творить свои чёрные дела. Если он распечатает этот вход, нечисть из нижнего мира хлынет на землю, куда всегда стремится попасть с начала сотворения.
– Он человек? – Спросил Паша.
– Когда-то был им. Но своими мерзкими ритуалами он превратил себя в чудовище, которое ползает, как червь, под солнцем, оставляя после себя кровавый след страшных жертвоприношений. Чёрное клеймо поставлено на его сердце, в которое он пустил многоголовую мерзкую гидру. Это его дочь взяла бусину у Ватаги, но не отдала ему, а оставила у себя. Но эта вещь не для людей. Она разрушает любого, кто носит её, рвёт его на части, стараясь быстрее избавиться от него.
– Так значит колдун, Никанор Стошник, которого все считали добрым, и который лечил людей, и был тем чудовищем?
– Когда-то его звали Ки́пел. Но потом он принял имя Велифер, в честь демона лжи Велиара, который покровительствует ему. Только Велифер больше не может надолго принять человеческий облик, и не может выходить из своего логова днём. Никакие жертвоприношения уже не могут вернуть его жизненные силы. И только Велиар, ради своей цели, поддерживает в нём остатки его жизни. Кто-то из людей, может, даже не осознавая, насколько он помог нам, нашёл логово Велифера и взял несколько костей его. И спрятал их в заговорённую от нечисти землю. Я так думаю, этот человек потребовал что-то от Велифера взамен на возвращение его костей. Но, судя по всему, сделка не состоялась, раз кости так и не вернулись к Велиферу. Слуги Велиара ищут пропавшие кости Велифера, но заговорённая земля надёжно укрыла от них пропажу. Бусины при Велифере нет. Сам он никогда её не наденет, он даже побоится хранить её рядом с собой. Он знает, что бусина будет его терзать, а он и так сейчас слаб. Бусину он схоронил на спящем, запечатал его кровью, и только кровь сможет снова пробудить спящего. И если Велифер получит назад свои кости, он разбудит спящего, и проследует с ним в долину Медленных Теней. Этого нельзя допустить.
– Но как тогда Велифер смог убить вашего брата, если он только ночью выползает? – Спросил Паша.
– Есть те, кто служит ему. Логово Велифера охраняют слуги Велиара. Если бы Велиар сам мог взять в руки бусину Велепы, он давно бы это сделал. Но он не всесилен, а дар нашей прародительницы может испепелить любого демона, который только покусится на него.
– Но почему тогда бусина не испепелила Велифера?
– Он не брал никогда в руки бусину, и он не демон. Он всё проделал чужими руками. Он – чёрный колдун. Обманывать людей – его призвание.
– Я знаю, кто взял кости у Велифера. – Паша рассказал про Соню и Ларису Копытовых, и как Лариса нашла мешок с костями у Сони в подвале – Там ещё были монеты с дырочками, монеты грешников.
– Я теперь понял, почему кости так и не попали обратно к Велиферу! – Сказал ветряк – Он рассчитался именно этими монетами с похитителем костей, а тот, видимо, ожидал, что монеты будут золотые, и поэтому посчитал это за обман, и обмен не состоялся.
– А откуда у него монеты грешников?
– Их он получил от прислужников Велиара, чтобы творить свои чёрные мессы. Для любого колдуна – монеты грешников служат верным средством отсрочки от смерти. Но это для того, кто знает, как ими надо воспользоваться. Но тот несчастный, к кому попали эти монеты от Велифера, не сумел ими распорядиться, а может и не знал, как надо, или не рассчитал свои силы. Вот так и получилось, что один обманщик обманул другого, но оба ничего не выиграли от этого.
– Я понял. Что мне нужно делать?
– Ты можешь нам помочь, если выманишь Велифера из своего логова к нам на болото.
– Вряд ли он, после всего, что натворил, захочет появиться здесь. – Неуверенно сказал Паша.
– За своими костями он пойдёт куда угодно. Мы поможем тебе отыскать их, и если сохранилась хоть одна его косточка, то мы её отыщем. – Ветряк поднял руку и на неё села одна из чёрных птиц, спланировавшая с высоты – Лучше во́рона никто не отыщет кости, он их учует даже из-под заговорённой земли. И страж он хороший, нечисть чует так же хорошо, как и кости. Иди за вороном до края болота. Там ты накинешь ему на голову вот это покрывало и перенесёшь его через границу наших владений. Ворон отыщет спрятанные кости Велифера, и приведёт тебя к ним. Ты не должен доставать их из заговорённой земли, иначе Велифер сразу же их почувствует. Если всё-таки он их учует, сразу с ними на болото не иди, ты не сможешь их удержать, они соединятся со своим хозяином. Их надо будет успокоить в тихой земле, чтобы они не услышали зов хозяина. Кости надо будет закопать в землю между двумя могилами. В могиле слева должен лежать тот, кто пришёл в тихое место осенью, а справа – тот, кто пришёл весной. Кости должны пролежать в тихой земле до полуночи. В полночь тебе нужно откопать их снова, и только после этого принести и положить их на границу болота. Мы будем тебя там ждать. И будем ждать Велифера.
– А не получится так, что когда я закопаю на кладбище кости, Велифер их отыщет и заберёт раньше, чем я приду их откопать?
– Нет, не бойся этого. Велифер и его слуги не смогут найти кости в тихой земле. Тихая земля хранит многие тайны, и спрятанную в ней вещь невозможно почувствовать даже самому сильному колдуну. Как только ты выйдешь с кладбища, иди как можно быстрее к болоту. Велифер направится за тобой. Не бойся, не ты его цель, главное – не отвлекайся на его ловушки и обманы. Иди к болоту, не оборачивайся и не разговаривай с ним. Он попытается тебя сбить с пути, и от твоей стойкости будет зависеть, он одержит над тобой верх, или ты над ним.
– А бусина? Вы же сказали, что как только он обретет кости, он разбудит спящего? Вдруг, когда мы потревожим кости, он сразу разбудит его?
– Нет, Велифер, пока не обретёт свои кости, не будет открывать бусину. Не думай пока о ней. Сначала приведи его к нам. И пусть тебе поможет наша извечная Велепа сохранить стойкость и мужество в пути!
Ветряк подкинул птицу, и она поднялась снова в небо, сделала круг над поляной и села на верхушку сосны. Паша взял накидку из травы, которую должен был накинуть на голову птицы, и пошёл в обратный путь. Так они и шли вместе – птица перелетала с кочки на кочку, или садилась на тонкие редкие деревца, показывая ему дорогу, а Паша шёл за ней. Болотные огни весело вспыхивали у него на пути, подмигивали ему из-под каждой травинки, всплывали дружными стайками со дна чёрной воды, и уходили на дно, когда он подходил к ним близко. Иногда птица щёлкала клювом, будто стараясь ему что-то сказать, но Паша только повторял ей: « Я не понимаю, что ты мне говоришь». Потом Паша понял, что птица разговаривает не с ним, а с другой птицей, которая кружит высоко над их головами. В чёрном небе не просто разглядеть чёрную птицу, поэтому Паша её заметил только тогда, когда она ответила на призыв, громко защёлкав клювом. Паша вышел к краю болота и птица села на ветку березы, которая сразу прогнулась под её весом. Паша достал из рюкзака соломенную накидку и неуверенно протянул руку вперёд. Птица не пошевелилась. Паша похлопал другой рукой по вытянутой руке и тихо сказал: « Иди, садись!» Птица щёлкнула клювом, но оставалась сидеть на своём месте. Сверху раздался сухой щёлкающий звук, птица на ветке ответила таким же, после чего взмахнула своими большими крыльями и резко перелетела с ветки на руку Паши. Хоть Паша к этому и готовился, но он еле успел подхватить другой рукой руку, на которую села птица. Птица повернула длинный клюв и посмотрела на Пашу. Даже сквозь куртку он чувствовал, как острые когти птицы впились ему в предплечье. Паша тоже посмотрел на птицу и сказал: «Ой». Птица перебралась повыше, не переставая глядеть прямо в глаза Паши. Он, стараясь не делать резких движений, осторожно накинул на её голову накидку. Птица не шелохнулась, и он, успокоившись, прошёл несколько шагов по лесу. Он не знал, где заканчивается граница болота, поэтому прошёл почти до самых Волчьих скал. Там он снял накидку с головы птицы, она взмахнула крыльями, и, скользнув перьями по щеке Паши, взмыла в небо. Паша смотрел ей вслед. Она сделала несколько кругов над ним и полетела в сторону деревни.
Паша вернулся к скалам, и полез по крутым лесенкам к вершине. Хоть с ночного неба ещё не скрылись луна и звёзды, но где-то на востоке уже просыпалось солнце, чтобы своим ослепительным светом затмить царицу ночи и самому царствовать в небе весь длинный день. Спать Паше совсем не хотелось, хоть он и пожалел, что заполз на скалу, лучше бы он подремал там, внизу, на мягкой травке. Но обратно спускаться он не стал, лёг на живот и закрыл глаза.
Проснулся он оттого, что твёрдый камень впился ему прямо в ребро. Он вытащил из кармана телефон и посмотрел время. Семь сорок пять. Ну что ж, часа три он точно спал. Он потянулся и оглядел окрестности. Птицы нигде не было. Плохо. Значит, она не нашла кости этого Никанора – Велифера. Он посмотрел на деревню. Наверное, бабушка уже поняла, что Паши нет дома, и теперь волнуется за него. Дед у него сообразительный, сразу поймёт, что Паша не из-за каких-то глупостей ушёл из дома, а потому, что так надо. Надо было хоть записку им оставить!
Паша снял уже и куртку, и сапоги, но на открытой скале он себя чувствовал, словно на раскалённой сковородке, солнце уже начало припекать, хоть камень и был прохладный. Время текло медленно, и когда он уже подумывал о том, чтобы всё-таки спуститься на землю и идти домой, он наконец-то увидел птицу, быстро летевшую к нему. Она не сразу села на скалу, а снова сделала круг над ним, словно призывая его к вниманию.
Птица села рядом с ним и два раза щёлкнула клювом, издав звук, напоминающий слово: «Так!» Паша не удержался и осторожно дотронулся до блестящего крыла и погладил его. Птица взмахнула крыльями и снова поднялась в небо. Паша спустился со скалы. Надо зайти домой и позавтракать, неизвестно, как далеко придётся идти вслед за птицей. Паша пошёл к деревне, изредка поднимая голову и наблюдая над парящей в вышине небольшой чёрной точкой.
Когда он зашёл во двор, дед выходил из огорода уже полностью экипированный, неся подмышкой мотоциклетный шлем.
– Вот ты где! – Дед с интересом посмотрел на Пашу – Всё успел?
– Что надо было сделать, я сделал. Я был у ветряков, сейчас поем и пойду за костями Никанора Стошника. Со мной ворон. Он мне покажет путь. Может, придётся нести кости на кладбище. Узнал много интересного. Будешь слушать? – Спросил Паша.
– Иди, позавтракай, потом и поговорим. Сейчас Артёмка и Коля придут.
Паша умылся у бочки и зашёл в дом, где аппетитно пахло, и где его уже ждала бабушка. С аппетитом умяв блинчики, запив всё молоком, он увидел, как во двор зашли Артём, Оля и Коля и Милка. Паша, дожевывая последний блинчик, и на ходу поцеловав бабушку, выскочил к ребятам. Он сразу же увидел птицу, сидящую на коньке курятника, и вызвавшую переполох среди его обитателей. Рассказав им про свои ночные приключения, Паша надел кроссовки, положил в рюкзак пакет с едой, который приготовила ему бабушка, и направился к воротам.
– Подожди. – Остановил его дед – Мы тут посоветовались. Ты вот что, Паша, возьми с собой Артёма. Вдвоём вам намного сподручнее будет. Птица-птицей, а друг рядом всё-таки надёжнее. И опять же, вдруг тебе потребуется какая помощь, пока ты до нас дозвонишься, пока мы тебя найдём!
– Не знаю. – Паша задумался – Мне ветряки ничего не говорили, чтобы взять с собой ещё кого.
– Я уйду, если буду тебе мешать. – Сказал Артём – Но если придётся куда залазить, и если придётся что откапывать, тут я уж точно тебе пригожусь. Тем более, если придётся идти на кладбище. Только не говори мне, что это обычное для тебя дело, и ты не вздрагиваешь от этой мысли. – Артём засмеялся – Можешь не отвечать!
– Согласен. Пошли. – Паша кивнул, и, спохватившись, обернулся к деду – Дед, у тебя где-то была сапёрная лопатка.
– Есть такая. Начищена и заточена, как и положено ей по статусу! – Дед достал из сарая сверкающую небольшую лопатку – Раньше она мне добрую службу служила. Теперь тебе пригодится. – Он протянул лопатку Паше.
– И мешок под кости ещё надо.
– Скажешь тоже – мешок! Вот тебе мешочек из-под бабкиных семян, не думаю, что найдёте целый мешок костей, может одна – две косточки, и то хорошо.
– Дед, ты помнишь, нам бабушка Настасья рассказывала про мешок с костями, которые Лариса нашла? Мне кажется, кости должны быть именно там, в доме Сони Копытовой. Как мы туда попадём?
– Мы рядом будем, у Томы. Вот если туда вас ворон приведёт, тогда и решать будем. Ладно, идите, то мне ваша проводница всех курей в усмерть перепугала.
Паша с Артёмом вышли со двора, сзади захлопали крылья, и чёрная птица пронеслась рядом с Пашей, чуть не задев его крылом. Артём пригнул голову и засмеялся:
– С характером!
Птица отлетела до конца улицы и села на высокую рябину, растущую перед окнами дома Тулеевых. С рябины тут же взвилась стайка мелких птичек, и рассыпалась во все стороны, тревожно чирикая.
– Ты не испугался, когда увидел ветряков в своём настоящем обличии? – Спросил Артём.
– Вздрогнул. – Подумав, ответил Паша – Знаешь, они совсем неплохие ребята, когда предлагают дружбу. Такой парадокс – в первый раз я увидел ветряка, выглядевшего, как человек, и мороз пробежал у меня по коже. А последний раз их было много, и они выглядели, как коряги в страшном кошмаре, но они мне показались даже симпатичными, когда я с ними пообщался. Всё зависит от настроя.
Птица перелетела через реку и села на ивовый куст на берегу. По тоненьким мосткам ребята тоже перешли речку, и, разговаривая между собой, машинально повернули на дорогу, которая вела в Чудино. Позади них раздался резкий крик птицы. Паша и Артём обернулись, и увидели, что она перелетела с куста ивы на большой камень вдалеке от дороги, и совершенно не в том направлении, где находится Чудино.
– Вот те на! – Сказал Паша, поворачивая с дороги – Значит, косточки Никанора Стошника больше не лежат у Сони Копытовой в подвале!
– Её потомки где-то на севере живут, уж не собирается ли наш проводник туда нас за собой тащить? – Артём тоже поспешил за Пашей.
– Судя по тому, сколько времени ворон отсутствовал, на север он не летал. По крайней мере, сейчас мы повернули на запад! – Успокоил его Паша – А что там, интересно? Другая деревня?
– Да тут, в какую сторону ни пойдёшь, кругом деревни. – Ответил Артём. – Сейчас навигатор открою, посмотрю, что там впереди.
Птица уверенно летела в нужном ей направлении, и ребята сначала именно так и шли за ней, тоже напролом, не разбирая дороги. Через буреломы, ямы, камни, овраги. Они дошли до неширокой речки, перешли её вброд, воды было им по пояс, потом пробились сквозь заросли камышей и, измазанные липкой тиной, вышли на берег. Через некоторое время ребята стали всё-таки обходить препятствия, на что птица возмущенно щёлкала клювом, корректируя их путь, и выводя к первоначальному направлению. Паша посмотрел на свою программку-шагомер – он прошёл тринадцать тысяч шагов. Неплохо, если учесть, что путь их проходил не по ровной трассе, а по пересечённой местности.
Они дошли до железнодорожного полотна. Видимо, поезда тут ходят очень редко, так как щебёнка заросла травой, даже цветочки цвели между шпалами. Вдалеке, между соснами, они увидели покосившееся одноэтажное деревянное строение, с решёткой на небольшом тёмном окне. Рядом с ним стоял железный указатель, но то, что было на нём написано, уже давно съела ржавчина.
Птица села на указатель, но, похлопав крыльями, перелетела с него на карниз дома. Паша и Артём перешли железную дорогу и тоже подошли к нему. Похоже, здесь давно уже не ступала нога человека, никакой тропы к дому не было, одно сплошное поле травы. Артём подёргал огромный замок, который висел на мощной деревянной двери, с перекинутой поперёк неё металлической щеколдой. Сам дом хоть и покосился, но стены его были крепкие, из толстых почерневших от старости брёвен. Гнилые доски крыльца провалились, а с козырька свешивались куски чёрного рубероида, с опутавшей их паутиной.
– Крепость какая-то! – Вздохнул Паша, когда они с Артёмом два раза безрезультатно прошли вокруг дома, так и не сумев найти хоть какую-то лазейку внутрь.
– Если только подкоп под него сделать. – Сказал Артём – Или попытаться через крышу внутрь попасть.
– Если там с чердака есть выход в дом! – Ответил Паша. – А если чердак закрыт на такой же здоровенный замок, как и входная дверь, то нам без инструмента никак не попасть внутрь. Как так, мы не догадались даже гвоздодёр с собой прихватить! Дед тоже сплоховал, он обычно более дальновидный!
– Потому что мы были твёрдо уверены, что кости в Чудино. Что, вернёмся в деревню за инструментом?
– Так, давай я всё-таки сначала на крышу залезу, посмотрю, может не всё так безнадёжно.
Артём подсадил Пашу, тот подтянулся и залез на скат крыши, осторожно перебираясь по старым искореженным доскам, и встал на узкий карниз. Он постучал по доскам фронтона.
– А они не такие уж и толстые, так, декоративные. Попробую выбить. – Сказал он Артёму, наблюдающему за ним с земли.
Паша крепко схватился за нависающие над ним доски крыши обеими руками, и с силой пнул по доске. Он поморщился от боли, но снова пнул по той же доске, только другой ногой. Доска, которая ему казалось такой тонкой и не прочной, даже не прогнулась.
– Паш, тут уголок ржавый валяется возле поленницы, я тебе его сейчас подам! – Крикнул Артём.
Он помахал ему кривым железным уголком, длиной около метра, с приваренной на одном конце пластиной. Паша лёг на карниз, а Артём подал ему уголок.
Железный крепкий уголок сразу же изменил соотношение сил между Пашей и сопротивлявшейся ему доской. Доска треснула в том месте, где он стукнул по ней уголком. После двух-трёх ударов, доска переломилась. Паша выломал обе половинки доски и бросил их вниз. Он припал к щели и стал вглядываться в полумрак чердака.
– Там есть спуск в дом. – Радостно сообщил он Артёму – Вижу более светлый квадрат почти посередине чердака. Лаз даже не прикрыт ничем, не придётся его ломать.
Две другие доски он проломил быстрее, потом помог заползти на крышу Артёму. Пришлось выломать ещё одну доску, так как образовавшегося проема из трёх узких сломанных досок не хватило, чтобы влезть внутрь дома.
Артём хотел сразу спуститься в дом, но Паша предложил сначала тщательно исследовать чердак, так как зарыть кости могли именно здесь, в толстом слое земли, которою было засыпано всё перекрытие чердака, сантиметров на двадцать. Они разбрелись по разным углам и начали тщательно перебирать в руках землю. Пыли они подняли столько, что Артём выбил ещё три доски, уже на другой стороне, чтобы сквозняком выдувало пыль, а не летала бы она перед самым носом, вызывая непрерывное чихание, тем самым поднимая ещё больше пыли. Ветер немного продул пыль, и дышать стало легче.
Они снова принялись искать, вернее, перебирать в руках землю. Что только они там не нашли! Даже пачку старых и выцветших газет, перевязанных рассыпавшейся прямо в руках верёвкой. Газеты тоже рассыпались, когда освободились от державшей их верёвки, но Паша успел прочитать на верхней газете «Труд» дату выхода – 12 октября 1932 года. Он услышал, как Артём вскрикнул.
– Паш, смотри, что я нашёл, как ты думаешь это то? – Раздался его голос.
Паша разогнулся и, больно стукнувшись головой о деревянную балку, направился к Артёму, стоявшему на коленях возле стропильной стойки.
– Не очень это похоже на человеческие кости. – Артём отодвинулся, и Паша увидел завёрнутые в бумагу мох с землёй и среди них белые мелкие кости – Тонкие они очень и короткие. – Артём дунул на кости, и с них слетела земля и мох.
– Может, это фаланги? – Паша не рискнул их взять в руки – Давай их в мешок ссыплем. Мне кажется, это именно то, что мы ищем. Может и бусина здесь где-нибудь спрятана.
И тут же Паша услышал, как ворон когтями заскользил по крыше, и начал тревожно каркать. Паша прошёл к проёму, который они выбили в противоположной от железной дороги стене, и оглядел лес. Артём тоже присел рядом с ним. Паша заметил движение в кустах, которые росли возле самого дома, и показал пальцем на них. Тёмный силуэт скользнул от кустов к стене дома, и пропал из зоны видимости. Паша кивнул Артёму на проём в противоположной стене и Артём поспешил туда. Почти под ухом Паши раздался возмущённый крик ворона. И в тот же момент прямо перед его носом возникла серая жилистая лапа и ухватилась за поперечину на карнизе. Паша в первое мгновение оторопел. Потом за балку зацепилась ещё одна лапа, и тут птица ринулась на нарушителя, и начала молотить своим крепким клювом по его лапам, потом она скользнула вниз, видимо к его голове, и начала яростно долбить по ней. Лапы отцепились, послышался грохот падающего тела, и птица с громкими криками метнулась вслед за ним. Внизу послышались разъяренные птичьи крики и то ли стон, то ли кряхтенье непонятного существа. Паша выглянул, чуть ли не по пояс, из проёма, к нему уже подбежал Артём, они оба смотрели вниз, но в высокой крапиве была видна только чёрная птица, резко взмахивающая крыльями, и не перестававшая бить по невидимому нарушителю. Потом птица взлетела и села на крышу. Как ни вглядывались Паша с Артёмом на место побоища, внизу, кроме поломанных веток и смятой травы, никого и ничего не было.
– Это кто такой был? – Тихо спросил Артём – Ты разглядел?
– Только его серые лапы. Не знаю, кто это. Но то, что мы нашли нужные кости, можно не сомневаться. И теперь они знают, что кости у нас, не надо было от земли их очищать. Собирай быстрее их в мешок.
Артём пошёл к своему рюкзаку. На улице снова раздалось грозное карканье, и в проёме промелькнул ворон, снова набросившийся на кого-то внизу. Паша выглянул в проём и крикнул:
– Артём, там снова эти твари, они со всех сторон сюда ползут. – Паша в несколько прыжков подскочил к уголку, который он бросил возле сломанных досок, и взял его в руку – Придётся отбиваться.
– А где наш ворон?
– Там он, только перья во все стороны летят. Надо помочь.
Паша перелез через проём, и встал на узкий карниз. К нему ползла большеголовая серая тварь, глядя на него белесыми круглыми глазами. Туловище у неё было вытянутое, длинное, передние лапы изогнуты, как у паука, когти на пальцах загнуты крючком. Паша размахнулся и ударил её по серой макушке. Тварь схватила его за ногу, и он в последний момент успел зацепиться за край крыши, чтобы не слететь вслед за ней на землю. Тут же, по стенке, быстро перебирая своими лапами, к нему полезла ещё одна такая же, и Паша ногой пнул её сверху. Тварь увернулась и запрыгнула на карниз рядом с ним. Паша ткнул её уголком, но не достаточно сильно размахнулся, и тварь отцепилась от крыши и схватилась за уголок с другого конца. Паша дёрнул уголок к себе и попытался лягнул тварь в живот. Она перехватилась поближе к Паше, и отцепила одну лапу от уголка, стараясь схватить Пашу за руку, но он со всей силой налёг на уголок и оттолкнул тварь, одновременно с этим пнув её в живот. Тварь отцепилась от уголка, и Паша со всей силой толкнул её с карниза. Тварь попыталась ухватиться за крышу, но Паша ещё раз размахнулся и ударил её в бок. Она полетела вниз, перевернувшись в воздухе, словно кошка. Позади Паши раздался скребущийся звук, он повернулся, и увидел, что лезет ещё одна серая тварь. В это время из проёма выглянул Артём и, выставив одну ногу на карниз, с размаху ударил острой лопатой по туловищу твари. Во все стороны брызнула чёрная кровь. В это время ворон взлетел и клюнул в голову ещё одну тварь, которая пыталась подобраться к Паше. Тварь успела сделать огромный прыжок к Паше, замахнулась на него, и острый коготь пробороздил по его щеке. Ворон снова налетел на неё, и начал бить по голове клювом, а Паша с силой стукнул её по лапам, и она тоже полетела вниз. Паша посмотрел вниз и насчитал пять серых тварей, пока они все не исчезли, словно провалившись сквозь землю. Ворон перелетел на конёк и неподвижно замер.
– Слушай, пора отсюда быстрее выбираться. – Сказал Артём, вытирая старой газетой чёрную кровь с сапёрной лопатки – Теперь они сюда ещё больше этих пауков пошлют.
– Давай быстро осмотрим дом. Бусину теперь легче будет найти, она на каком-то спящем. Может, он именно здесь спит. – Паша первым направился к лазу, и спустился по непрочной кривой лесенке в тёмную комнату на первом этаже.
Комната была заставлена промасленными коробками, в которых лежали большие болты с гайками. Возле единственного окна стоял шкаф с распахнутыми дверками. На одной его полке лежали три пачки брезентовых рукавиц, а на другой – пачка старых газет и несколько пустых стаканов в подстаканниках. Всё покрыто толстым слоем пыли. В углу стояло знамя, тоже пыльное и замасленное, и от этого походило на пиратский флаг. И ещё в углу были набросаны старые ватники. Паша и Артём проверили каждую коробку, разбросали и просмотрели все ватники, передвинули с места на место шкаф.
– Жаль, монет нет, которые Лариса у сестры своей нашла! – Вздохнул Артём – Я бы себе одну взял. Представляешь, вечеринку организовал, всех позвал, потом на стол – бах! – монету. И понеслось!
Паша ничего не ответил. Он вспомнил тех серых тварей, которые ползли к ним, и ему совсем не хотелось, чтобы такие гости пришли к нему на вечеринку. Они снова поднялись на чердак, вылезли из проёма на крышу, и спрыгнули на землю. Паша достал из рюкзака бутылку с водой, они по очереди умылись и попили.
– Сейчас на кладбище. – Сказал Паша – Пошли не напрямую, а выйдем сначала к дороге. Отнесём кости на кладбище и сразу в Чудино пойдём. Проверим, как они.
– Ну да. – Кивнул Артём – Знаешь, таких мерзких существ я вообще никогда раньше не видел. Даже в ужастиках монстры намного симпатичнее. Наверное, человеческая фантазия более щадящие картинки нам подсовывает. Не знаю, как теперь я засыпать буду. Нам очень повезло, что с нами была птица.
– А кстати, где она? – Паша начал искать глазами птицу – Неужели обратно улетела? Жалко. С ней спокойнее. Вдруг опять кто выползет!
Раздалось громкое карканье, и сверху на Пашу с Артёмом посыпались сосновые иголки. Над ними, на самой макушке высокой сосны, незаметная среди густых веток, сидела чёрная птица. Увидев, что на неё смотрят, она снова громко каркнула и полетела в противоположную от железнодорожного полотна сторону, дальше в лес.
– Куда это она? – Посмотрел вслед ей Артём и свистнул – Кладбище в другой стороне.
Птица села на ветку в зоне их видимости и защёлками клювом. Она несколько раз делала махи крыльями, словно показывая, что сейчас взлетит и им надо следовать за ней.
– Странно, зачем она нас туда зовёт? – Задумался Паша – Что, пойдём за ней? Проверим? – Он вопросительно посмотрел на Артёма.
–Да что там проверять! – Поморщился Артём – Нам надо на кладбище. Ты же сам говорил, кости должны там до полуночи пролежать! А она неизвестно куда нас собирается увести, и как далеко идти придётся! Может, она просто логово тех серых тварей нашла, и собирается их погонять!
– Логово тварей? – Паша посмотрел на птицу и сказал – А что, логично, что ворон обнаружил логово Никанора, которого эти серые твари охраняют. Он днём спит, его сейчас легко оттуда вытащить.
– Так ты собираешься его оттуда вытащить? – Испуганно вытаращил на него глаза Артём – Он же колдун! Даже если он не выходит днём, вокруг него эта серая свора!
– Ты прав. Его оттуда нам не вытащить. – Покачал головой Паша – Надо действовать по плану ветряков. Его надо привести на болото. – Он убрал остатки воды в рюкзак, забросил его на плечо и кивнул Артёму – Всё, пошли! Если ворону хочется здесь остаться, пусть остаётся. У нас с тобой другое дело.
Они пошли к железной дороге, и уже переходя её, увидели, что ворон тоже перелетел дорогу и сел на невысокую рябинку на краю леса.
– Правильное решение принял, от коллектива нельзя отрываться! – Паша помахал ворону, но тот отвернулся.