Но все-таки необходимо было найти воду. И ей повезло. Она обнаружила тоненький весело журчавший ручеек. Напившись и снова перекусив плодами, Лилит задумалась, что ей делать дальше. Ее разрывали сомнения. Одна ее часть призывала искать путь обратно к Адаму и Саваофу. И эта часть была готова смириться с недалекостью мужчины и высокомерием бога. Но другая отчаянно сопротивлялась. Лилит не могла простить ни тому, ни другому то, что они не стали ее искать. Хотя на Адама она обижалась не так уж сильно. Что было взять с него, простодушного дурачка, который и чихнуть боялся без разрешения бога? А вот Саваоф повел себя как предатель. Называл себя отцом и создателем, а вот взял и от своего же творения отказался. Бросил его на произвол судьбы.
Однако одинокая и страшная ночь, проведенная в чаше леса, оказалась неплохим уроком. Лилит прониклась ощущением, что может прожить сама. И решила, что никого искать не будет. Постарается об этих мужчинах забыть. Они ведь даже и с виду не очень похожи на нее. Прилепи им хвост, и обезьяны будут иметь большое с ними сходство…
Помыслив о том, что ручеек не может не течь туда, где скапливается вода, Лилит двинулась вниз по течению. Пройдя почти полдня, она вышла на опушку и от изумления ахнула.
Лес кончился, нежданно оборвавшись. На краю его выстроилась негустая шеренга деревьев, корнями врастающая в желтый песок. А за ней, шагах в пятидесяти, синела бесконечная водная гладь, отделенная где-то вдали узенькой, почти незаметной линией от такого же бескрайнего голубого неба. Восхищенная Лилит подбежала к воде и зачерпнула пригоршню. Она собиралась уже отхлебнуть, но неожиданно вспомнила, как в первый раз в жизни попробовала мясо, и сдержала порыв. И, чуть пригубив, тут же выплюнула. Осторожность оказалась нелишней. Вода была неприятного горько-соленого вкуса.