Каин все чаще стал ходить на охоту с отцом. Лесная жизнь начала ему нравиться. Это было совсем не похоже на однообразие жизни с Евой. Дома он давно усвоил, как и в каком порядке что делать: утром пойти проверить сеть, выбрать рыбу и расставить сеть снова, потом обойти кусты и обобрать оставшиеся ягоды, затем обязательно пройтись по близлежащему лесу и набрать хотя бы горсть грибов или орехов, а напоследок, умирая от скуки, рассортировать добычу на ту, которую съесть в ближайшее время, и ту, которую можно заготовить впрок на случай голодных времен. И все это занимало целый день.
На охоте было по-другому. Лес встречал их по-разному, то он был добр и приветив, то колюч и враждебен. Да и добыча попадалась (если попадалась) разная. Иногда сильная, злая и агрессивная, и тогда Каин восхищался храбростью и ловкостью отца, сумевшего победить опасного врага, но нередко это были безобидные зверьки, совершенно беззащитные перед хитрым и опасным человеческим существом. Как тот медвежонок. Каин бы с ними тоже лучше поиграл, а не убивал. И на то, как мучаются звери и жизнь покидает их, мальчик смотреть не любил, хотя и старался охотиться наравне с отцом.
Он сознавал, что пользы от его присутствия было не много. И ценил, что Адам берет его с собой для того, чтобы научить и передать ему свои навыки.
Самым захватывающим в лесной жизни было то, что везде, даже в самом с виду безобидном месте, их могли ждать опасные приключения. Не обязательно голодный тигр или медведь. В лесу таилось немало и других малоприятных, а зачастую смертельно опасных сюрпризов: с виду безобидных, но шустрых змей, от укусов которых в минуты умирали огромные лоси, мстительных диких пчел или на вид ровных зеленых полянок, скрывающих под собой трясину… И все-таки всего больше в охоте Каина привлекало то, что она сближала его с отцом. И хотя тот не становился менее суровым, то, по крайней мере, – более родным и понятным.