А однажды решил вновь проследить за ней, когда она побежала на свидание к Самаилу. Была опасность попасться, но зато при свете дня, если б удалось подкрасться поближе, он смог бы разглядеть все в подробностях. И не пожалел. Но виденное только внесло разлад его душу. Он почувствовал зависть и к этому богу, и к отцу. И ему самому захотелось проделывать это все с матерью, а особенно услышать этот ее финальный стон. Но что-то подсказывало ему, что это неправильно, и его мать не должна быть его женщиной. «Но тогда кто же?» – спрашивал он себя. И не находил ответа.
Однажды они с братом пошли купаться, а позже к ним присоединилась довольная, только что вернувшаяся со свидания Ева. Авель не обратил на ее присутствие никакого внимания и продолжал играть с ракушками, а Каин не мог не заметить роскошное тело молодой женщины. И с ним случилось то, что произошло бы с любым мужчиной.
Ева, которая вначале, не замечая детей, плескалась в воде, наконец, почувствовала на себе пристальный взгляд сына и обернулась. И увидела то, на что тоже не могла бы не обратить внимания любая другая представительница женского пола. Ее сын уже был мужчиной, и его естество явственно давало о себе знать.
Ева донельзя смутилась. Она не знала, как себя вести. Она понимала, что означает эта реакция мужского тела, но это был ее сын, а у нее уже было двое мужчин. Женщине стало безмерно жалко мальчика. А жалость сменилась досадой на Саваофа. Это все из-за него. Неужели из-за его недальновидности сыну придется жить с матерью или с козой, как отец? Ответа у нее не было, и она просто отвернулась. Каин тоже смутился, хотя то, как женщина смотрела на это место, вызвало только еще более сильное возбуждение.
На следующий день Ева вновь побежала к Самаилу. Тот, со временем начавший испытывать скуку от однообразия их любовных встреч, был удивлен, когда женщина не накинулась на него, как обычно, с поцелуями, как будто они не виделись целую вечность, а взволнованно заговорила о своем сыне.
– Любимый! – воскликнула она. – Ты должен мне помочь.
– Что такое? – лениво спросил Самаил.
– Ты должен сделать еще одну женщину. Ты ведь тоже бог, как и Яхве, – с мольбой в голосе проговорила Ева.