Из истории вопроса
«Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идёт и берёт с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого».
(Мф. 12,43-45)
Слово «экзорцизм» наверняка знакомо каждому современному человеку. В богословии этим понятием называют изгнание из человеческого тела нечистых духов, слуг дьявола, с помощью определенного религиозного ритуала. В старину на Руси этому мудреному заморскому термину соответствовало более простое, но не менее жуткое определение – «изгнание бесов»! Данный ритуал представляет собой целый комплекс священнодействия: чтение специальной, довольно продолжительной молитвы, наложение крестных знамений, окропление святой водой, каждение ладаном, прикладывания к святыням – Распятию, Библии, мощам… Сама молитва об изгнании бесов творится, естественно, на церковнославянском языке, а текст ее был разработан еще много веков назад. С тех пор ни одно слово в молитве никогда не менялось.
Отчитывать имеет право только тот священник, который получил на то особое благословение епископа. В противном случае, эти молитвы не только не привлекут особые Божественные силы для духовного излечения, но, более того, могут усугубить состояние болящего. Правда, рядовые представители клира о подобных больных вполне могут читать обычные молитвы о здравии. Если есть вера и воля Божия, то все возможно: в том числе и освобождение от бесовской силы.
Изгнание бесов – явление очень древнее и восходит к самым истокам христианства. Некоторые полагают, что наибольший расцвет экзорцизма пришелся на первые века нашей эры, тогда, когда был период гонений на христианскую веру, а служители Бога и просто «верные» тайно собирались в катакомбах. Считалось, что в эпоху становления христианства его прозелиты, постоянно готовые к венцу мученичества, были особенно чисты и по этой причине могли творить великие чудеса. Страдающих одержимостью и беснованием было настолько много, что экзорцистам периода раннего христианства приходилось изгонять нечистых духов днем и ночью. В это можно поверить, учитывая тот духовный упадок, который переживал античный мир во времена Тиберия, Калигулы, Нерона…
Большинство случаев изгнания демонов происходили в тех землях, где наблюдалось большое влияние язычества. К Иисусу приходили одержимые и бесноватые из Сирии, Заиорданья, Десятиградия, Тира и Сидона. Очень часты акты экзорцизма наблюдались в отношении тех, кто происходил из Галилеи. В последующем, христианские миссионеры свидетельствовали о множестве одержимых в Индии и Китае, африканских странах – там, где процветают различные языческие культы. Кроме того, Священное Писание прямо утверждает связь между занятиями оккультизмом и одержимостью. Так, например, в «Деяниях апостолов» (16:16) говорится: «Случилось, что когда мы шли в молитвенный дом, встретилась нам одна служанка, одержимая духом прорицательным, которая через прорицание доставляла большой доход господам своим».
Рассуждая о более поздних временах, один из исследователей этого вопроса журналист Антон Соловьев пишет: «В Средние века количество людей, действительно умеющих изгонять бесов, было, по-видимому, невелико – ведь служители церкви то и дело впадали в различные тяжкие грехи. При этом, однако, среди них появилось огромное число людей, уверенных, что им по силам экзорцизм, хотя на самом деле они ничем не могли помочь одержимым. Многие из подобных высоко возомнивших о себе священников состояли на службе у инквизиции. Свои провалы на поприще экзорцизма они обычно оправдывали тем, что злой дух, вселившийся в данного человека, слишком силен и с одержимым требуется провести дополнительные ритуалы.
Несчастных людей окуривали всякими отвратительными запахами, оглушали боем барабанов, морили голодом и прижигали тело раскаленным железом. Предполагалось, что бес не выдержит телесных страданий и выйдет вон. Но, как правило, пыток не выдерживала сама жертва этих чудовищных обрядов. Заявляя, что таким образом погибший человек освободился от власти нечистой силы, инквизиторы считали его смерть оправданной.
Практически любая религия, в том числе и христианство, признаетПостепенно удачная и неудачная практика изгнания злых духов накапливалась и обобщалась. На Руси самым древним письменным источником об экзорцизме являются наставления по изгнанию бесов, изложенные в требнике Киевского митрополита Петра Могилы, который датируется XIV веком».
Практически любая религия, в том числе и христианство, признает существование темных сил – злых духов, демонов, обитающих в тонком мире и подчиняющихся князю тьмы, отпавшему от Бога. Как пишет св. Иоанн Златоуст в толковании на 41 псалом: «…Сколько бесов носится в этом воздухе! Сколько противных нам сил! Если бы только Бог позволил им показать нам свои страшные и отвратительные лица, то не пришли ли бы мы в ужас, не погибли ли бы, не уничтожились ли бы?…»
«Фактически Церковь никогда не формулировала его (вопрос о демонах – ред.) систематически, в виде ясного и четкого учения, – пишет протопресв. Александр Шмеман в книге «Водою и духом». – Однако для нас имеет огромное значение то, что у Церкви всегда был опыт, подтверждающий наличие демонических сил, то есть, говоря попросту, у нее всегда было знание сатаны. Если это непосредственное знание не нашло своего выражения в четком и систематическом учении, то это объясняется трудностью, если не невозможностью, рационально определить иррациональное».
Создатели сайта http://bogistina.info, также занимающиеся исследованием этого вопроса, утверждают: «Демоны, или бесы созданы из тонкой материи, невидимой для человека, хотя их присутствие около себя можно ощутить по внезапному настороженному чувству (рядом кто-то есть), причём чувство это гнетущее, тревожное. Они могут проникать через все преграды (стена, дверь), т. к. могут «просачиваться» сквозь них. Свободные демоны не могут проникать в освящённое помещение. Это помещение «отмечено» для Господа, и если в нём происходят угодные ему действия, совершаются молитвы, то он посылает на это место свою Благодатную защиту. Благодать Божья, покрывающая такие места, опаляет демонов, они не могут преодолеть её. Если на человеке нет Божьей защиты, то бесы беспрепятственно могут проникать в его энергетические тела. Бесы живут там, где им есть место. Человек, греша, готовит им такое место. Где грех, там и они. По природе своей демоны (бесы) – это чрезвычайно злобные, лукавые, лживые существа, имеющие отвратительную внешность. Они ненавидят праведность и добродетели, ненавидят всё то, что связано с Господом. Они стремятся всеми силами заполучить человека, склонить его ко греху, и затем взращивать, увеличивать в нём этот грех, пока человек не станет их «рабом». Питаются демоны энергиями человека, когда он предаётся грешным занятиям (допустим, энергиям гнева, сладострастия, ненависти) …Бесам очень нравится, когда человек поглощает мясо, особенно с кровью, или же предаётся блудной страсти (при этом энергия партнёра «высасывается» демоном»).
По поводу демонской «любви» к мясной пище есть интересный эпизод из личного архива иеромонаха Пантелеймона (Ледина): «У одной из наших больных была аллергия на зелень укропа, петрушки и т.д. Она совершенно не могла кушать салаты, т.к. начиналась сыпь и отеки, и трапеза кончалась госпитализацией. Врачи, впрочем, не могли понять, почему именно на это реакция организма, а не на что-то другое. После нескольких месяцев хождения в наш храм она спокойно вкушала любой салат. Бес же ее устами часто говаривал: «Ненавижу эту хряпу, мяса хочу». Таким образом враг подталкивал больную на нарушение поста, но после воздействия святыни и заклинательных молебнов не мог проявлять себя так, как хотел». В другом случае было так: «К нам часто ездила одна одержимая, бес которой орал: «Что вы меня всё капустой травите? Колбасы хочу! Мяса хочу!» Каково же было наше удивление, когда незадолго до праздника Преображения, в то время, когда Церковь ещё не благословляет употреблять в пищу яблоки нового урожая, бес закричал: «Не хочу колбасы! Хочу яблок!»
И снова возвратимся на сайт http://bogistina.info: «Если демон находится в человеке, пришедшем в освящённое место (Православный Храм Божий), то от Благодати Божьей ему становится плохо, и человек склоняется к тому, чтобы покинуть это помещение как можно быстрее, путём мысленного внушения беса так, чтобы человек даже и не заподозрил (допустим, под каким-либо предлогом). Либо же бес, до этого тихо находившийся в нём, вдруг резко проявляет себя, и обнаруживается».
Так, например, валаамский старец отец Иоанн, подтверждая это, поведал следующее: «О существовании бесов кратко скажу из своего опыта… У меня был брат, жил в Петрограде, держал трактир, и я в это время жил там же на подворье Валаамского монастыря. Однажды приходит брат ко мне. Когда он пришел в келию, то почему-то стал очень волноваться. Я посадил его на стул, а вверху были иконы с мощами Св. угодников, вдруг, брат вскакивает со стула и как закричит: гадкие, гадкие иконы, и побежал из келии. Я остался в недоумении и думал, что это такое с ним случилось? Неужели бесноватый? Оказалось, что действительно – бесноватый. На следующий день пошел я к ним; жена его и говорит мне: «Когда он пришел домой очень взволнованный, то стал кричать, что больше никогда не пойдет к брату: там у него гадкие иконы». А бывало, если я буду говорить ему что-либо из Св. Евангелия, он встревожится и говорит мне: «Не говори мне это». Если я покроплю еду св. водой, он уже не будет есть, хоть не видел, что кропили».
В различных религиях глава демонских сил именуется по-разному – Ариман, Иблис, Сатана. В «Апокалипсисе», например, говорится так: «И произошла на небе война: Михаил и Ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них, но не устояли, и не нашлось уже для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним». (Отк. 12,7-9). Однако, как бы он не назывался, везде его суть определяется одинаково – враг рода человеческого, коварный лжец и богоборец.
Первые упоминания об экзорцизме в христианстве мы находим уже в самом Евангелии. Все они заслуживают детального рассмотрения. Иисус Христос во время Своей земной жизни, согласно Священному Писанию, неоднократно изгонял трепетавших перед Ним бесов из людей, одержимых этими инфернальными (т. е. адскими) сущностями. Но, пожалуй, наибольшее впечатление производит эпизод Священного Писания, в котором рассказывается, как наш Господь заставил переселиться целое скопище злых духов (помните: «имя нам легион!») в стадо свиней.
Согласно Евангельскому повествованию, лодка с Господом и Его учениками пристала к восточному, скалистому и пустынному берегу страны Гергесинской (иначе Гадаринской – так ее называют Евангелисты Лука и Марк. Противоречия в этом нет никакого: в Десятиградии имелись в составе городов и Гадара, и Гергеса. Близлежащие к ним земли поэтому могли называться и одним, и другим именем.). «Его встретили два бесноватые, вышедшие из гробов, весьма свирепые, так что никто не смел проходить тем путем. И вот они закричали: что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас. Вдали же от них паслось большое стадо свиней. И бесы просили Его: если выгонишь нас, то пошли нас в стадо свиней. И Он сказал им: идите. И они, выйдя, пошли в стадо свиное. И вот, все стадо свиней бросилось с крутизны в море и погибло в воде. Пастухи же побежали и, придя в город, рассказали обо всем, и о том, что было с бесноватыми. И вот, весь город вышел навстречу Иисусу; и, увидев Его, просили, чтобы Он отошел от пределов их».
Интересно, что в Евангелиях от Марка и Луки говорится не о двух, а об одном бесноватом. Дело в том, что, как полагают некоторые исследователи, хотя бесноватых и было двое, но говорил от имени их обоих, по существу, один. Был он более свирепым и страшным на вид, ходил всегда голым и запугал своими выходками всех и каждого в этой области. Кстати, именно его много раз пытались заковывать в цепи. Однако он всякий раз разрывал их и убегал, «гонимый бесом в пустыню».
Следует отметить и комментарий св. Иоанн Златоуста, который утверждал, что разность в числе бесноватых «не есть признак разноречия, а показывает только различный образ повествования».
В одной из своих работ протоиерей Лев Леперовский, анализируя данный Евангельский эпизод, пишет: «В поведении бесноватого, обращает на себя внимание как бы раздвоенность его личности. Сначала он прибежал к Иисусу, пал пред Ним и поклонился Ему, как бы ища защиты от объявшего его ужаса, но когда Иисус повелел нечистому духу выйти из него, тогда этот человек начинает говорить слова совершенно не соответствующие его поведению: «Что Тебе до меня, Иисус, Сын Бога Всевышнего? Заклинаю Тебя Богом, не мучь меня». Ясно, что здесь уже слышится чей-то другой голос. Устами человека выражается иная чужая воля. Это и есть голос того «нечистого духа», который вселился в человека, овладев его сознанием и волей. Сам по себе, этот несчастный человек, совершенно одичавший и с давних лет не имевший нормального общения с людьми, конечно, не мог ничего знать о Иисусе Христе; не помня даже своего человеческого имени, как мог он исповедовать Христа Сыном Божиим? Но бесы-то знали Христа, так как Он повсюду и всегда изгонял их – они «веровали и трепетали»(Иак. 2, 19) и, быть может, вперед знали, что Христос плывет в страну Гадаринскую.
Факты раздвоения личности, вообще говоря, очень часто встречаются в нашей жизни и иногда они бывают очень сходны с теми, что описаны в Евангелии. Это очень хорошо знают врачи психиатрических клиник, но, не имея в своем научном арсенале термина «одержимость», стараются по разному объяснить эти явления, но по большей части, неубедительно».
Однако психиатр психиатру рознь, и если в отечественных клиниках понятие «одержимости» действительно не приемлемо и по сию пору (сказывается эхо идейных штампов «советской» медицинской школы), то в зарубежных психиатрических лечебницах подход к пациенту не связан с идеологическими догмами. Однако он тоже достаточно часто грешит примитивным позитивизмом. Так, например, в одной из своих статей автор С. Анина пишет: «Не только народная молва, но и история психиатрии даёт богатый материал для изучения этого феномена – множественности «я». В одной и той же физической оболочке, т.е. в одном человеческом теле, сосуществуют два, три, пять и более ментальных двойников. Они могут «сожительствовать» годами, десятилетиями, а то и всю жизнь. Поочерёдно происходит «смена власти», и один из конкурентов как бы захватывает господство над телом – на несколько часов, дней, а то и месяцев.
Спустя какой-то период времени случается нечто вроде кратковременного обморока, который не всегда даже замечают, и человек вдруг становится совершенно другой личностью – с другим характером, другими интересами, другими привязанностями. Впрочем, зачастую он и не знает, что минуту назад был другим, т.е. даже и не подозревает о существовании в себе нескольких «двойников».
Одно «я» может не ведать о том, каким образом в другое время ведёт себя второе (или третье) «я» и что оно вытворяет. Иногда, конечно, бывает и так, что по каким-то косвенным признакам, по рассказам родственников или знакомых один «двойник» догадывается или даже прекрасно осведомлён о других своих «соседях», но воспринимает их не как разные проявления своего же «я», а как отдельных, независимых людей: знает их имена, характер, привычки, симпатии и антипатии…. Между собой такие ментальные двойники могут дружить, а могут быть настроены друг к другу недоброжелательно или даже враждебно».
Как указывает С. Анина далее: «Cама возможность сосуществования таких множественных «я» есть твёрдо установленный факт, однако причина возникновения феномена всё ещё выясняется. Чтобы добраться до сути, мы должны научиться как бы «послойно» препарировать сознание, но этого, кажется, пока ещё не умеет делать даже самый талантливый психиатр, так что остаётся только строить версии: то ли это особый род контактёрства, то ли тут замешаны чужие души, то ли ещё что.
Но что особенно интересно, так это различия, которые нередко наблюдаются в способностях (знаниях, умениях, навыках) сосуществующих в теле личностей: один из ментальных дойников может оказаться весьма одарённым в той области, где другой просто ничего не знает и не понимает. Невольно напрашивается аналогия с компьютером: в одной и той же «коробке» заложено несколько независимых программ, и вы можете использовать или менять каждую из них, не задевая другие. Подобным же образом внутри одного человека существует несколько индивидуумов, каждый из которых развивается по своей собственной отдельной программе».
Далее автор приводит удивительный и очень давний случай, связанный с пациентом по имени Дорис Фишер. Как выяснили психиатры, в ней уживалось пять отдельных «я», которые идентифицировались как «Истинная Дорис», «Больная Дорис», «Спящая Дорис», «Маргарет» и «Спящая Маргарет». Самой независимой из них была «Маргарет». Она имела обыкновение что-нибудь украсть и подстроить всё так, чтобы обвинение неизбежно пало на «Истинную Дорис». Она прятала её книги, могла надеть её платье и прыгнуть в грязную вонючую речушку; могла расчесывать тело до тех пор, пока не пойдёт кровь, но боль при этом ощущала именно (и только!) «Истинная Дорис».
С. Анина пишет: «Всё это продолжалось годами. Лечивший девушку врач Уолтер Франклин Принс пришёл к выводу, что на «проекции из подсознательного» это не совсем похоже: скорее всего, тут замешана некая чуждая «нефизическая» сущность извне, которая «захватила власть» над собственным «я» Дорис Фишер и от которой надо избавляться каким-то нестандартным способом. Доктор обратился за помощью к Джеймсу Хислопу, тогдашнему профессору логики и этики при Колумбийском университете, изучавшему такие явления, как истерия, раздвоение личности и т.п.»
В конце концов, отчаявшиеся учёные не нашли ничего лучшего, как обратиться к помощи… медиума. Дорис Фишер, по наблюдению врачей, стала все-таки «монопольной владелицей» собственного тела. Однако, какой ценой для души – этот вопрос остается открытым…
Как отмечает о. Лев Липеровский, у тяжелых психических больных, страдающих буйными припадками, спутанностью сознания и почти полною потерею личности, со склонностью к крикам, самоубийству и богохульству, иногда вдруг наступает как бы перерыв болезни – то, что называется ремиссией. В эти периоды сознание становится ясным, душевные бури утихают, больной становится спокойным, тихим, смиренным, прилично одетым. Однако, длится это, как правило, не долго. Проходит время и к нему приближается что-то страшное; человек чувствует свое ужасное положение, становится подозрительным, беззащитным и… вновь теряет свою личность. Чужая, враждебная воля овладевает им, заполняет собою всю его душу. В конце концов, если не приходит неожиданная, необъяснимая чудесная помощь, – такой больной погибает от истомления, или самоубийства.
В Евангельском случае с Гадаринским бесноватым, к больному пришла эта чудесная, могущественная, целебная сила, давшая ему полное и окончательное исцеление. Пришедшие посмотреть, что случилось, местные жители увидели, что бесновавшийся, в котором обитал легион, сидит и одет, и в здравом уме, «и устрашились».
«Бывший бесноватый, – пишет прот. Лев Липеровский, – теперь уже не хотел уходить от Иисуса, боясь, видимо, вновь впасть во власть духов нечистых; он просил Христа, «чтобы быть с Ним». Но опасности уже никакой не было, а исцеленный человек нужен был Господу для проповеди Царствия Божия в Десятиградии. Гибель двух тысяч свиней была настолько чувствительна для их владельцев, что о ней, несомненно, говорили во всем Десятиградии, как о факте неопровержимом а, на основе этого факта, проповедь исцеленного человека – о власти Христа, Его чудотворной силе и Его учении о Царствии Божием – была убедительной и доказательной. А главное – сам исцеленный, всей своей преображенной личностью, не мог не привлекать внимание всех. Буйный помешанный, параноик, гроза населения, – и вдруг, он же – горячий проповедник мира, любви и правды Божией. Он был послан на проповедь Самим Богочеловеком. «Иди домой к своим и расскажи им, что сотворил с тобою Господь, как помиловал тебя, – сказал ему Христос. И он пошел и начал проповедывать в Десятиградии, что сотворил с ним Иисус; и все дивились».
Его проповедь особенно нужна была здесь, так как жители Гадаринской страны неразумно просили Христа удалиться из их страны».
Согласно Евангелию, другое исцеление, теперь уже бесноватого отрока, произошло в Галилее – на следующий день после Преображения Господня. Краткое описание этого чуда дает Евангелист Матфей, другие синоптики его дополняют.
Евангелист Матфей повествует так: «Когда они (Христос, а также сопровождавшие Господа на гору Фавор апостолы Петр, Иаков и Иоанн – ред.), пришли к народу, то подошел к Нему человек и, преклоняя пред Ним колени, сказал: Господи! помилуй сына моего; он в новолуния беснуется и тяжко страдает; ибо часто бросается в огонь и часто в воду. Я приводил его к ученикам Твоим, и они не могли исцелить его. Иисус же, отвечая, сказал: о, род неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас? приведите его ко Мне сюда. И запретил ему Иисус; и бес вышел из него, и отрок исцелился в тот же час».
Евангелист Марк рисует более детальную картину появления Христа пред народом после Преображения. Согласно его версии, когда Христос пришел, то большая толпа окружала Его учеников и книжников, которые спорили о чем-то между собою.
Увидев Господа, «весь народ изумился и, подбегая, приветствовал Его». Как считает прот. Лев Липеровский, это изумление, «возможно, связано с тем, что небесный свет, осиявший Христа на Фаворе, еще и теперь сиял в Его очах и отражался на всем Его теле, виде, голосе и движениях».
Христос тогда «спросил книжников: о чем спорите с ними?»Книжники молчали. «Один из народа сказал в ответ: Учитель! я привел к Тебе сына моего, одержимого духом немым… Говорил я ученикам Твоим, чтобы изгнали его; и они не могли…»
Можно предположить, что отец отрока, некоторое время тому назад, приводил своего сына именно ко Христу, но, не застав Его, обратился за помощью к ученикам, а те не смогли изгнать беса. Не исключено, что это и было темою споров книжников и учеников и причиною их смущения.
«Далее, по Евангелисту Марку, – пишет о. Лев, – можно составить полное представление о характерных симптомах болезни отрока. Оказывается, что по внешности они очень близки к хорошо известной современной медицине эпилепсии. Однако говорить о полном тождестве здесь едва ли возможно. Признаки эпилепсии отрока, по Евангелию, следующие: припадки случаются в новолуниеи приходят внезапно; отрок, как бы кем-то схваченный, падает на землю, скрежещет зубами, испускает пену, сотрясаетсявсем телом в конвульсиях; проявляет попытки к самоубийству, ибо бросается в огонь и воду. В то же время он глухой и немой. Но уже одна периодичность припадков – по новолуниям – совсем не характерна для классической эпилепсии. А главное – причина болезни у клиницистов и у Евангелистов, совершенно различна. И если у врачей причиной припадков предполагаются те или иные аномалии в состоянии вещества мозга или состава крови, то у Евангелистов эти аномалии, если и существуют, то являются не причиной, а следствием внедрения в человека инородного, болезнетворного духа.Отец отрока не сомневался, что сын его одержим духом немым, и беда его состояла только в том, что ученики Христа не могли излечитьего.
Кроме того, немота и глухота также не характерны для эпилепсии, хотя иногда и совпадают с нею.
Наконец, склонность к самоубийству ни в коем случае не может считаться постоянным симптомом эпилепсии; скорее, редким ее спутником. Поэтому Евангельский случай с отроком бесновавшимся в новолуниях, современные нам врачи могли бы определить, как эпилепсию психогенного или истерического характера, коренящуюся в психике больного. И в этом не было бы ошибки, так как именно болезнетворный дух, овладев психикой человека, вызвал в нем и все патологические явления».
Болезнь припадочного отрока была настолько тяжела, что ученики Христа не могли исцелить ее. Тогда Христос в скорбном сердце, дивясь неверию людей, порабощенных духом зла, сказал: «О род неверный! доколе буду с вами? доколе буду терпеть вас?» И повелел привести к Нему больного отрока. И когда тот только еще подходил ко Христу, «дух сотряс его; он упал на землю и валялся, испуская пену». Начался сильнейший припадок. «И спросил Иисус отца его: как давно это сделалось с ним? Он сказал: с детства». И тут же обратился ко Христу с отчаянной просьбой: «если что можешь, сжалься над нами и помоги нам». Тогда Господь, по милосердию Своему, укрепил надежду отца и помог ему найти в себе зачатки веры. «…если сколько-нибудь можешь веровать, – сказал Он ему, – все возможно верующему. И тотчас, – по свидетельству Апостола Марка, – отец отрока воскликнул со слезами: «верую, Господи, помоги моему неверию!»(Мк. 9, 19-24).
Но пока происходила беседа Христа с отцом отрока, народ продолжал сбегаться отовсюду, чтобы поглядеть на необычайное зрелище. Тогда Иисус «запретил духу нечистому, сказав ему: дух немой и глухой! Я повелеваю тебе, выйди из него и впредь не входи в него. И, вскрикнув и сильно сотрясши его, – говорит Евангелист Марк, – вышел; и он сделался как мертвый, так что многие говорили, что он умер». Но отрок был жив, и Христос «отдал его отцу его»(Лк. 9, 42).
Именно тогда Господь дал очень важный совет всем, кто хочет победить нечистого: «Сей род не может выйти иначе, как от молитвы и поста»(Мк. 9, 29). Вот истинный, указанный Христом путь лечения подобных больных: вера, молитва и пост.
Еще одно чудесное исцеление, совершенное Господом, связано с бесноватой девушкой, дочерью язычницы Сирофиникиянки. Оно описано сразу двумя Евангелистами. Случилось это в «пределах Тирских и Сидонских», то бишь в языческой Финикии. Именно туда Христос пришел из Галилеи после известного случая хождения по водам и когда насытил пятью хлебами пяти тысяч человек. (Мф. 14 глава и Мк. 6 глава). «После этих чудес, – отмечает протоиерей Лев Липеровский, – популярность Христа, как чудотворца, достигла крайних пределов и настолько, что куда бы ни приходил Он, в селения ли, в города ли, в деревни, клали больных на открытых местах и просили Его, чтобы им прикоснуться хотя к краю одежды Его; и которые прикасались к Нему, исцелялись. (Мк. 6, 56).
И сколько бы Христос ни запрещал распространять о Нем вести, как о Чудотворце, не раз случалось, что жители того места, куда Он пришел, узнав Его, послали во всю окрестность ту и принесли к Нему всех больных(Мф. 14, 35).
При таких обстоятельствах Иисусу Христу трудно было проповедовать Свое учение о Царствии Божием, так как массы народа шли не столько для учения, сколько для получения исцелений. И, кроме того, можно себе представить, что Христос при всем том, как Человек, нуждался и в уединении, и в отдыхе. Вероятно по этим причинам, выйдя оттуда(то есть из Галилеи), Иисус удалился в страны Тирские и Сидонские(Мф. 15, 21), и войдя в дом, не хотел, чтобы кто узнал; но не мог утаиться(Мк. 7, 24)».
Местные языческие массы, проживающие здесь, не так много знали о явленном Мессии, как, например, Галилеяне, хотя и, несомненно, слышали о Нем. Поэтому, появление Иисуса Христа в пределах Тирских и Сидонских, естественно, не могло остаться незамеченным. И как только Господь со Своими учениками появился здесь, «услышала о Нем женщина, у которой дочь одержима была нечистым духом»(Мк. 7, 25). «Выйдя из тех мест, – повествует Евангелист Матфей, – кричала Ему: помилуй меня Господи, Сын Давидов! дочь моя жестоко беснуется. Но Он не отвечал ей ни слова. И ученики Его, приступив, просили Его: отпусти ее, потому что кричит за нами».
Как пишет прот. Лев Липеровский: «Видимо, эта женщина неотступно и долго шла за Христом и назойливо вымаливала к себе Его внимание и милость. Она откуда-то узнала и верила, что впереди нее идет не просто врач и учитель, но Господь, Сын Давидов. Однако сама женщина не принадлежала к дому Израиля, а была Хананеянка, родом Сирофиникиянка, язычница, и конечно знала, что, как Римляне считали все народы кроме себя варварами, так и Израильтяне считали всех своих соседей – язычников – невеждами в Законе, дикарями и псами. Христос, вняв как бы просьбе учеников, остановился, хотя и сказал им, что Он послан только к погибшим овцам дома Израилева. Тогда женщина подойдя ко Христу, припала к ногам Его, кланялась Ему и говорила: Господи, помоги мне. Он же сказал ей в ответ: Нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам.
Это обидное слово могло, казалось бы, оскорбить и прекратить дальнейшую просьбу и надежду женщины, получить какую либо помощь от Христа. Но к общему удивлению, язычница эта проявила в своем ответе Христу необычайное смирение, веру и мудрость. Так, Господи, сказала она, но и псы едят крохи, которые падают со стола господ их».
«Поистине, – добавляет о. Лев, – можно сказать, что смирение этой язычницы было колыбелью ее веры. Ее смирение имело те же свойства, как и смирение того язычника сотника, который считал себя недостойным принять Христа под кров своего жилища. И тот и другой пример, утверждают непреложный закон духа, что смирение, как антитеза гордости, рождает в душе человека веру в Истину, а вера эти творит чудеса.
Сам Господь удивился вере женщины. О женщина! – сказал Он ей, – велика вера твоя; да будет тебе по желанию твоему (Мф. 15, 28). За это слово пойди; бес вышел из твоей дочери. И, придя в свой дом, – как свидетельствует Евангелист Марк, – она нашла, что бес вышел и дочь лежит на постели(Мк. 7, 29-30).
Таким образом, изгнание беса было совершено заочно, по вере матери и без всякого участия самой бесноватой. Как раньше было указано, каждое чудо Христово, самим фактом своим, проповедует ту или иную истину в общем учении о Царствии Божием и путях к нему. Так, данное чудо свидетельствует прежде всего о том, что Бог иногда испытывает душу человека, глубину его смирения и силу его воли в настойчивости его прошений, молитв. То и другое укрепляет веру человека в помощь Божию. Кроме того, случай с Хананеянкой учит нас тому, что вселение беса в человека, как и изгнание его, не есть что-то отвлеченное, не какое-либо самовнушение, а нечто вполне реальное. С другой стороны, бесноватость, как душевная болезнь, не является здесь следствием каких-либо физиологических аномалий в жизни организма, а наоборот, патологические явления в теле, в данном случае, имеют своим началом внедрение в человека инородного, нечистого духа. Причина болезни духовная. Так учит Христос».
Далее о Лев Липеровский пишет: «Интересно отметить, что Сирофиникиянка или Хананеянка, как называет ее другой Евангелист, хотя и была язычница, но понимала, что дочь ее не просто больная, а бесноватая, то есть верила в реальность духа зла, чему не верили даже и сами некоторые израильтяне, как, например саддукеи… и в наше время. Но подрыв верования в реальность темной злой силы, неизбежно парализует бдительность человека. Враг, которого воин не видит и существование которого не подозревает, – есть самый опасный враг, и удары его могут оказаться, по их неожиданности, смертельны. Вот почему, некоторые духовидцы утверждают, что самое большое «достижение» диавола в наши дни есть то, что он внушил людям неверие в его бытие(выделено – ред.).
Наконец, нелишним будет еще раз подчеркнуть тот замечательный факт, что Сирофиникиянка не возражала, а смиренно согласилась, что она и ее дочь есть люди как бы низшей расы, не обиделась на слова Христа о псах, а только вымаливала к своей семье милосердие и снисхождение. К тому же, ученики Христовы не могли не видеть насколько эта простая душа выше, чище и прямее тех Иерусалимских фарисеев и книжников, которые постоянно атаковали их Учителя, стремясь уловить Его в словеи требуя от Него знамения с неба. Их гордые и самоуверенные души, не в пример хананеянке, не могли найти путей в Царствие Божие. И такие люди никогда их не найдут, если не смирятся пред Богом».
Далее следует отметить описанное в Евангелии исцеление скорченной женщины, которую связал сатана (Лк. 13, 10-17). На пути в Иерусалим, в одной из синагог, Христос по обыкновению Своему, учил в субботу. «Там была женщина, восемнадцать лет имевшая духа немощи; она была скорчена и не могла выпрямиться. Иисус, увидев ее, подозвал и сказал ей: женщина, ты освобождаешься от недуга твоего. И возложил на нее руки; и она тотчас выпрямилась и стала славить Бога».
«Невозможно сказать, – пишет протоиерей Лев Липеровский, – да и не так важно знать, что за болезнь была у этой женщины в смысле медицинской классификации. Во всяком случае, это была болезнь, которая настолько деформировала весь становой хребет, что все тело женщины оказалось скорченным и лишенным свободы действия; в таких случаях бывает, что голова опускается почти до земли и человек не в состоянии видеть не только небо, но и лиц проходящих людей; все это угнетающе действует на психику и, кроме того, нередко связано с постоянными, мучительными болями и, конечно, исключает всякую работоспособность. Евангелист Лука говорит, что женщина эта имела в себе духа немощи, то есть болезнь ее имела духовную причину, а физическое обезображивание тела явилось лишь следствием сего. Но что это за духовная причина? Об ней говорит Сам Христос: сию дочь Авраама связал сатана».
Скорченная женщина была непосредственно в синагоге в то время, когда Христос проповедовал в ней. Слушала Его слово, но сама не осмеливалась подойти ко Христу, чтобы попросить Его об исцелении. Однако Сам Господь подозвал ее к Себе и, по великому милосердию Своему, исцелил от мучающего ее недуга. Христос духовными очами прекрасно видел, что женщина эта – жертва врага рода человеческого. Освобожденная от духа немощиженщина тут же стала славить Бога.
«В этом исцелении, – пишет о. Лев, – стало очевидным, что женщина, хотя и не была бесноватой, так как темная, нечистая сила не завладела ее душою, бес не вселился в нее, как например он вселялся в отрока-лунатика или в дочь Сирофиникиянки, но она была связана духоми, вследствие этого, заболела телом. Это случилось в определенное время, то есть восемнадцать лет тому назад. С тех пор, физическая болезнь ее не носила признаков улучшения и казалась неизлечимой. Но Христос, властию Своею, освободил несчастную женщину от уз сатаны.
Исцеление женщины произошло в субботу, так как преимущественно в эти дни Господь проповедовал в синагогах. И, как всегда в этих случаях, блюститель законничества, начальник синагоги, с негодованием заявил протест народу: есть шесть дней, в которые должно делать, – сказал он, – в те и приходите исцеляться, а не в день субботний– (сухой, бездушный формализм). Но Христос обличил лицемера: не отвязывает ли каждый из вас вола своего или осла от яслей в субботу, и не ведет ли поить? Сию же дочь Аврамову(то есть представительницу избранного Богом народа), которую связал сатана вот уже восемнадцать лет, не надлежит ли освободить от уз сих в день субботний?Именно – в субботний, чтобы дать ей завещанный Богом Израилю истинный покой от долголетних мучений.
И когда Господь говорил эти слова, то все противящиеся Ему стыдились и весь народ радовался о всех славных делах Его».
Помимо этих случаев, Евангелисты Матфей и Лука передают нам сведения об исцелении Господом еще и немого бесноватого. Был ли это один описываемый случай, или два разных эпизода, – это, вообще говоря, не важно. Предшествующие исцелению события в обоих Евангелиях отличаются друг от друга – однако само исцеления описано одинаково! По Матфею, исцеление имело место в доме после дарования зрения двум слепцам. «Когда же те выходили, то привели к Нему человека немого бесноватого. И когда бес был изгнан, немой стал говорить. И народ, удивляясь, говорил: никогда не бывало такого явления в Израиле. А фарисеи говорили: Он изгоняет бесов силою князя бесовского». У св. Луки, исцеление немого произошло после проповеди Спасителя («просите, и дано будет вам…»). « Однажды изгнал Он беса, – говорит св. Лука, – который был нем; и когда бес вышел, немой стал говорить; и народ удивился. Некоторые же из них говорили: Он изгоняет бесов силою веельзевула, князя бесовского».
В данном случае, бесноватость проявлялась, прежде всего, в немоте. Возможно, были и другие признаки, не столь явные, о которых св. Лука не счел нужным упоминать. Так или иначе, но люди, приведшие немого к Мессии, были, тем не менее, убеждены, что болезнь этого человека духовного происхождения и что он бесноватый. И они оказались правы, потому что после изгнания беса «немой стал говорить». Дар речи к нему вернулся как свидетельство освобождения его от власти темных сил.
Об исцеление слепого и немого бесноватого повествует только один св. Матфей. Этот случай Евангелист особо выделяет из множества других исцелений, совершенных Христом после выздоровления сухорукого человека и ухода Спасителя из синагоги, когда «последовало за Ним множество народа и Он исцелил их всех». «Тогда, – продолжает св. Матфей, – привели к Нему бесноватого слепого и немого; и исцелил его, так что слепой и немой стал и говорить и видеть. И дивился весь народ и говорил: не это ли Христос, Сын Давидов? Фарисеи же, услышав сие, сказали: Он изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского».
«Здесь, – пишет о. Лев Липеровский, – невольно возникает вопрос: чем отличался этот слепой и немой от других слепых и немых, которых во множестве исцелял Христос, и которые не считались бесноватыми? В тексте можно усмотреть только один признак: его привели, а не сам он пришел; за него просили, а не сам он просил. В самом деле, обычно все больные сами искали себе помощи, но бесноватые никогда не считали себя больными, и если просили о чем-нибудь Христа, то только об одном: оставь, уйди от нас. Возможно, что слепой проявлял и какие-нибудь другие признаки одержимости, по которым фарисеи судили, что он одержим бесом, и потому говорили, что Христос изгоняет бесов силою князя бесовского. Однако Евангелист о других признаках не упоминает.
В этом случае, как и в случае с немым бесноватым, у современных медиков, может возникнуть вопрос: не являлись ли эти два случая проявлением истерии? Ведь эта нервно-психическая болезнь очень характерна появлением у больных внезапных параличей, внезапной слепоты, глухоты, потерей способности речи и т.п. Но эти явления, под влиянием каких-либо резких психологических шоков, также внезапно исчезают, как и появляются; например, под влиянием сильного испуга – параличный вскакивает и бежит; или немой начинает говорить, и т.д.
Но это предположение едва ли здесь уместно. Ведь врачи знают, что истерия характеризуется определенным симптомом-комплексом, где большую и непременную роль играет так называемый «истерический характер», а этот характер классически формулируется следующим образом: «мимолетные импульсы бывают неудержимы, внешняя реакция на внутренние психические процессы происходит быстро и сильно. Смех и плач легко приобретают судорожный характер и не поддаются остановке. К этому присоединяются этические дефекты: постоянное недовольство окружающим, крайняя неуживчивость, желание сосредоточить на себе всеобщее внимание, эксцентричность поведения, способность к логическому мышлению и память могут быть отлично развиты». Истерические больные, кроме того, сами себе приписывают различные болезни, любят обращаться к врачам и крайне озлобляются, когда врачи не находят в них никакой болезни, а все приписывают самовнушению и воображению.
Однако ничего подобного у Евангельских бесноватых, – слепого и немого, – не отмечено. Следовательно, предположение об их истерии ни на чем не основано; в тексте Евангелия нет на это никаких указаний. И никакого психического шока, испуга, аффекта, при исцелении этих больных не было. Все происходило помимо их воли, а может даже и желания».
Таким образом, по мысли о. Льва, нет причин усомниться в правдивости свидетельства Евангелистов об истинном основании болезни упомянутых в Священном Писании больных. Причина их болезни только одна – бесноватость, а лечение ее – изгнание духа зла. Ни сторонники Христа, ни Его противники, в этом не сомневались. Однако фарисеи выдвинули «версию», что Спаситель, мол, «изгоняет бесов не иначе, как силою веельзевула, князя бесовского». В связи с этим «аргументом», Христос объявил народу, что такое мнение фарисеев – это хула на Духа Святого: «Если Я силою веельзевула изгоняю бесов, то сыновья ваши чьею силою изгоняют? Посему они будут вам судьями. Если же Я Духом Божиим изгоняю бесов, то, конечно, достигло до вас Царствие Божие … Посему говорю вам: всякий грех и хула простятся человекам; а хула на Духа не простится человекам».
Надо заметить, что только наиболее опытные в духовной жизни адепты христианства получали власть изгонять нечистую силу, повелевая ею именем и силой Христа-Спасителя. При этом в прежние века благословение на это получали не только священники, но и миряне. На это, в частности, обращает внимание и прот. Фома Хопко в «Основах православия». В своей работе он пишет: «Церковь благословляет и таких мирян-служителей, как, например, членов приходского совета, учителей церковных школ, певчих и т.п. А в ранней Церкви имелись еще и молитвы для посвящения в экзорцистов (изгоняющих бесов), привратников, дьяконисс и мирян-проповедников…»
Однако практика подобного рода чревата весьма тяжелыми последствиями и во все времена требовала от человека невероятной нравственной чистоты, владения своими физическими инстинктами, аскетических упражнений и подвижнического образа жизни.
Как уже отмечалось, далеко не каждый, даже искушенный в духовных битвах воин Христов осмеливался вступить в эту, по существу, открытую схватку с силами ада – в бой с поднятым забралом! Бросив вызов полыхающему злобой Инферно, нельзя поворачиваться назад. Ад, затаив дыхание, будет ждать любого проявления слабости, даже самой маленькой страстишки, чтобы с удесятеренной ненавистью броситься в образовавшуюся брешь и ворваться в душу дерзкого смельчака. Небольшой, казалось бы, соблазн почти моментально разгорится до самой противоестественного греха, и человек вдруг с ужасом осознает, что оказался затянутым в трясину самого непотребной гадости и порока. И оказывается, что уже до адского огня рукой подать! Всполохи кладезя бездны сами собой вырисовываются в дьявольский оскал торжествующего хозяина Преисподней..