Уста премудрых нам гласят:
«Там разных множество светов;
Несчетны солнца там горят,
Народы там и круг веков;
Для общей славы Божества
Там равна сила естества».
Но где ж, натура, твой закон?
С полночных стран встает заря!
Не солнце ль ставит там свой трон?
Не льдисты ль мещут огнь моря?
Инженер в диалоге с андроидом Дэвидом в «Прометее» намекнул на посланника, которого выучили исходному коду матрицы и отправили вразумить людей. Рождество Христово запустило невероятный интеллектуальный водоворот с эпицентром в Риме, Афинах и Александрии. Неслучайно среди любителей мудрости принято шутить, что вся философия есть комментарий на Платона.
Наша цивилизация в лице науки и культуры по состоянию на сегодня продолжает мысль неоплатоников двух-полуторатысячелетней давности. Идеологической базой книги служит синкретический платонизм, зародившийся в I веке нашей эры. Тогда жили самые умные люди за всю историю человечества, пользовавшиеся благами колонистов Атлантиды. Я утверждаю, что все Отцы Церкви – неоплатоники. И любая крупная религия (и искусство, и политика, и экономика как производные n-го порядка от религии) – это переложенные Пифагор + Платон с примесью стоицизма. Например, пифагореец Филон Александрийский умудряется спорить с «Пятикнижием» Моисея, а с Филоном в свою очередь, хоть и не называя его по имени, дискутирует мой любимец Плотин.
Позитивистская мода на переход от махрового мифа к примитивной религии, а затем к прогрессивной науке несостоятелен до такой степени, что на пике научных достижений что в конце XIX – начале XX века, что в комфортное время начала XXI века люди массово бегут в спиритизм и виртуальные реальности. Смерть Бога Ницше, мир как текст структуралистов и физикализм саентистов – все это до боли знакомо нашей планете. Бога с богомерзким миром хоронили гностики, текстуальность мира и познание его через толкование текстов (экзегеза) были инициированы неоплатониками, да и атомы Демокрита с телесным миром изображали прокрустово ложе матрицы. Стоики пытались повестись на это, дескать, мир только осязаемый и телесный, но не смогли, пришлось в жалких потугах расшаркиваться и изобретать пневматический логос. Очевидно, что человечество регулярно рассекает по одной и той же архетипической лыжне.