Увы, всего этого оказалось недостаточно, и тогда в ход пошла уже тяжёлая артиллерия. Девушка начала откровенно показывать Рису, что он ей нравится как мужчина. Теперь ошарашенный папочка всё чаще слышал, как дочь прибавляет к его имени эпитеты, типа «милый», а то и «любимый». При разнице в возрасте между ними более сорока лет это звучало довольно экстравагантно и вызывающе, но поначалу Рис легкомысленно игнорировал попытки заигрывания любимой дочурки, списав их на эксцессы взросления. Он был уверен, что девица перебесится и успокоится.
Однако время шло, а юная кокетка настырно продолжала свою наступательную операцию. Чтобы остудить зарвавшуюся нахалку, возомнившую, что ей позволено играться чувствами своего папочки, Рис принялся ухаживать за одной моложавой вдовушкой. На самом деле никаких иных намерений, кроме вразумления своего великовозрастного дитяти, у ухажёра не имелось, но вдовушка оказалась довольно решительной особой и быстренько взяла его в оборот. Неизвестно, чем бы закончился сей воспитательный манёвр, если бы однажды прямо посреди белого дня, прогуливаясь по улице Алата, вдовушка ни лишилась своего платья, оставшись в довольно нескромном белье.
На вопли возмущённой общественности Кристинка только удивлённо пожала плечами, мол, она тут совершенно ни при чём. За неимением доказательств злого умысла и вследствие отсутствия прямого ущерба пострадавшей дело удалось спустить на тормозах, но сей откровенный сигнал всё же достиг своей аудитории. С тех пор не только вдовушка, но и остальные жительницы Алата стали избегать опасного кавалера, да и сам кавалер больше не рисковал возбуждать ревность юной волшебницы. Однако эта хамская выходка всё же имела весьма далеко идущие последствия, и заключались они в том, что Рис начал ловить себя на проявлении ответных чувств к дочери.