Когда Рис силой обстоятельств сделался отцом-одиночкой, то ушёл из охотников и стал членом городского совета. Это решение далось ему нелегко, ведь охотничье братство много лет было его второй семьёй, но судьба не оставила ему выбора. От него теперь зависела жизнь двоих малышей, и Рис больше не мог рисковать жизнью, участвуя в перестрелках с орденскими боевиками. Пока он сутками пропадал в лагере охотников, работа в городском совете казалась Рису эдакой синекурой, которая предоставит одинокому папочке массу свободного времени для ухода за детьми. Как же он ошибся. Оказалось, что городские старшины пахали как проклятые целыми сутками и частенько приходили домой лишь для того, чтобы немного поспать.
Наверное, если бы ни Кристинка, взвалившая на свои хрупкие детские плечики как ведение хозяйства, так и заботу об Алике, Рису пришлось бы признать свою полную несостоятельность в качестве родителя. Удивительно, как в свои девять лет малышка умудрилась организовать быт их маленькой семьи, и это при том, что она продолжала посещать свою магическую Школу в Убежище. Раньше Рис был уверен, что на подобные организаторские подвиги была способна только Кира, но оказалось, что дочка её даже превзошла. Из-за безумной занятости малолетней хозяйки большую часть дня Алик был предоставлен самому себе и не стеснялся использовать свободу по собственному усмотрению, познавая жизнь довольно своеобразными методами, в основном, путём набивания шишек. Не удивительно, что он вырос избыточно самостоятельным и независимым.
Впрочем, закидоны сына были ещё цветочками по сравнению с теми проблемами, которые начала доставлять Рису юная волшебница, когда из малолетней пигалицы превратилась в миловидную барышню. Не сказать, чтобы она стала такой уж записной красавицей, но на парней девушка действовала словно магнит на кусок железа. Рис, хоть убей, никак не мог разобраться в этом удивительном феномене. Стоило Кристинке появиться в алатском обществе, как всё мужское население начинало виться вокруг неё, что твои пчёлы вокруг мёда. И это было бы ещё полбеды, настоящая беда состояла в том, что сама девушка совершенно не обращала внимания на производимый ею фурор. Она вела себя с ухажёрами вежливо, но равнодушно, без малейшего намёка на флирт, и её странное поведение уже начало вызывать пересуды, постепенно обраставшие сплетнями и домыслами как снежный ком.