На этой позитивной ноте Ксантипа толкнул дверь и величественно проследовал к своему рабочему столу. Джарет, дожидавшийся своего босса, бездумно глазея в окно, сразу встрепенулся. Впервые за последние дни в его душе наконец воцарился покой, и это было странно, ведь бессмертный вплотную подошёл к концу своей жизни, и дальше его не ждало ничего, кроме боли и смерти. Никаких иллюзий в отношении гуманности Магистра Джарет, разумеется, не питал и на пощаду не надеялся, просто так устал ждать конца, что перестал бороться за жизнь.
– Должен признать, что ты оказал Ордену значимую услугу,– провозгласил Ксантипа, усаживаясь в своё кресло,– мой сын жив и потерял память.
– Потерял память? – в голосе Джарета прозвучало искреннее огорчение. – Не понимаю, как такое могло случиться.
– Больше никакие крамольные высказывания безмозглых наставников не будут смущать моего мальчика, и он станет идеальным оружием в моих руках,– Ксантипа, казалось, даже не услышал своего телохранителя и продолжил вещать как по писаному. – Кстати, этим приятным бонусом Орден тоже обязан тебе,– как бы нехотя произнёс он.
– Причём тут я? – возмутился Джарет. – Разве из-за меня Мартин лишился памяти?
– Нет, но именно ты подсказал мне способ избавить моего сына от вредных воспоминаний, когда рассказал про амнезию Сэма,– Магистр самодовольно ухмыльнулся. – Если организму не хватает энергии даже на поддержание фонового кровообращения, ум отключает все некритичные для выживания функции, в том числе блокирует доступ к памяти. Риск, конечно, имелся и немалый, ведь мальчик обладает гораздо более хрупким организмом, чем бессмертные, но оно того стоило.
– Вы что же, специально довели пацана до критической потери энергии? – от подобного предположения у Джарета пересохло во рту. – Он ведь и так едва дышал.
– Тем проще было завершить операцию,– Ксантипа, казалось, даже не понял, насколько дико прозвучал его комментарий. – Кстати, смена амплуа с господина на заботливого родителя, кажется, тоже неплохо работает, и за эту подсказку я опять должен благодарить тебя.