На самом деле применять к Мартину ментальное воздействие Джарету не хотелось. Он искренне верил, что у пацана хватит сообразительности, чтобы не вступать в прямое столкновение с Орденом. Ну поигрался немного в бунтаря, потешил своё самолюбие, пора и честь знать. Всё-таки Мартин был обязан Магистру буквально всем, что имел, а долги нужно отдавать. Раньше у малолетнего беглеца от ответственности ещё имелась отмазка в лице фальшивого папочки, которому послушный сыночек взялся помогать захватывать власть над миром, но теперь причин задерживаться в этой реальности у Мартина больше не было, поскольку папочке осталось жить от силы несколько дней. Собственно, именно этот аргумент Джарет считал главным в вопросе возвращения блудного Творца.
– Ты правда думал, что я тебя не засеку? – раздался за его спиной насмешливый голос Мартина. – Брось, Джарет, я же будущий Творец, с эмпатией у меня всё в порядке. Кстати, с защитой от ментального нападения тоже, если ты пока не догадался. Давай, колись, чего ты за мной следишь?
Что ж, необходимость выбирать между агрессией и откровенностью отпала сама собой. Похоже, пацан не терял зря времени и успел освоить азы ментальных техник, так что вариант номер один можно было с чистой совестью спустить в унитаз.
– Просто не хотел отвлекать тебя от ухаживаний за подружкой,– Джарет довольно натурально прикинулся, что вовсе не разочарован тем, что какой-то молокосос сумел незамеченным подкрасться к бессмертному. – Когда освободишься, дай знать, у меня имеется к тебе послание от Магистра.
– Ты что, вернулся в Орден? – в голосе Мартина удивление смешалось с презрением. –Зачем, Джарет, тебя же сейчас ничего не заставляет подчиняться Магистру? Почему ты не можешь жить сам по себе?
– Ошибаешься, мои установки работают вполне штатно,– Джарет подпустил в свой голос чуток трагизма,– так что у меня нет особого выбора, а вот у тебя он пока имеется. Магистр предлагает тебе вернуться добровольно и обещает, что в таком случае твой побег не будет иметь последствий. Он даже не станет преследовать твою маму.
– Ага, разбежался,– фыркнул Мартин. – Если ты не заметил, у меня теперь новая жизнь, и она мне нравится.