– Прямо-таки родного? – удивился Ксантипа.
– Думаю, что нет, но Мартин в это верит,– слова сами по себе слетали с губ бессмертного, помимо его воли, и он ничего не мог с этим поделать. – Может быть, Вы оставите мальчишку в покое? – в его голосе прорезались откровенно просительные нотки. – Для Мартина это очень важно, он всегда мечтал об отце.
Слова Джарета словно провалились в вату, Магистр не ответил, он застыл в своих раздумьях, уставившись в каменный свод потолка, словно там находилась подсказка. По собственному опыту бессмертный отлично знал, чем обычно заканчиваются подобные сеансы медитативного транса. Именно после одного из таких сеансов Ксантипа принял решение ликвидировать всех своих бессмертных. Джарету, конечно, было жалко ничего не подозревавшего мальчишку, чью судьбу сейчас обдумывал его так называемый отчим, но что мог поделать смертник, находящийся в шаге от собственной гибели.
– Скажи мне, Джарет, а тебе когда-нибудь хотелось разыскать своего отца? – неожиданный вопрос заставил бессмертного вздрогнуть.
– Ни у кого из нас не было отцов,– буркнул он,– вы же забирали нас в Орден грудными младенцами.
– Ты уходишь от ответа,– посетовал Магистр,– значит, тебе тоже хотелось узнать своих родителей. Зачем, Джарет?
– А Вам никогда не хотелось, чтобы рядом был кто-то, на кого всегда можно положиться, довериться, почувствовать, что тебя любят просто так, ни за что? – бессмертный бросил злой взгляд на этого самопального философа, но наткнувшись на его искреннее недоумение, слегка опешил. – Нет, я Вам не верю,– покачал головой он,– таких людей просто не бывает.
– Вот тут ты прав,– легко согласился Ксантипа,– и мы, похоже, опять не учли особенности человеческой природы, как и в случае с женщинами. Мне нужно было стать для Мартина заботливым папочкой, а не господином, вот тогда ему бы даже в голову не пришло изменять Ордену. Что ж, эту ошибку не поздно исправить. Если мальчику нравится слушаться старших, это будет несложно устроить.
– Кто эти мы? – Джарету сразу сделалось неуютно, похоже, он очень близко подошёл к какой-то зловещей тайне.