– Причём тут Кира? – Джарет с недоумением уставился на Магистра.
– Бедняжечка, ты так ничего и не понял,– с растяжкой произнёс Ксантипа, откровенно наслаждаясь растерянным видом бессмертного. – Это же Кира служила для тебя якорем, который позволял тебе сопротивляться установкам подчинения. Как только якорная цепь оборвалась, тебя тут же унесло стихией. Думаешь, запрет на долгосрочные отношения с женщинами появился в кодексе бессмертных случайно? Нет, мой мальчик, мы его выстрадали, пройдя через многочисленные ошибки и потери.
– Я полагал, что этот пункт существует для того, чтобы уберечь ни в чём не повинных женщин от связи со смертниками,– Джарет недовольно нахмурился, уже предвкушая зловещие откровения своего босса.
– Ты правда веришь, что Магистры настолько сентиментальны? – ехидно поинтересовался Ксантипа.– Не прикидывайся наивным простачком, Джарет, уж тебе-то должно быть хорошо известно, что в основе моих решений всегда лежат исключительно рациональность и холодный расчёт.
– Значит, женщины способны деактивировать установки бессмертных? – живо заинтересовался Джарет.
– И не мечтай,– Ксантипа злорадно усмехнулся. – Деактивировать установки может только Магистр, но сильное влечение к чему-либо способно заметно ослабить их эффективность. Кстати, милые дамы тут не единственный негативный фактор, зато самый сильный.
– Кира это поняла,– с досадой пробормотал бессмертный,– она пыталась меня спасти, но было уже поздно.
– Умная девочка,– Ксантипа удовлетворённо кивнул,– я всегда с уважением относился к её аналитическим способностям. Всё, закрыли тему,– отрезал он,– у нас есть более интересные вопросы для обсуждения. Судя по тому, что Мартин не ночевал дома, вправить ему мозги тебе не удалось.
– Не удалось,– согласился Джарет,– я для него больше не авторитет.
– А кто же тогда авторитет? – Магистр откровенно напрягся, предчувствуя неприятные откровения своего телохранителя. – Что ещё ты от меня скрываешь?
– Мартин нашёл своего родного отца,– Джарет недовольно поморщился, поскольку сдавать своего ученика ему не хотелось, но на прямой вопрос он вынужден был дать правдивый ответ.