Дело приняло не совсем тот оборот, на который рассчитывал Рис. В отличие от прошлого раза, сейчас Кира вовсе не считала себя обиженной, а потому сыграть на её оскорблённых чувствах вряд ли получится. Впрочем, Кириной обиды и раньше хватило ненадолго, своему любимому Семёну она готова была простить буквально всё, даже измену. А вот о прощении законного мужа, который хотел только одного – спасти свою женщину от плена, она даже думать не желала, вычеркнула его из своей жизни как прочитанную книгу с непонравившимся концом. И тут Рису пришло в голову, что возвращение Семёна, которое он всегда считал триггером, запустившим фатальные события в его жизни, таковым вовсе не являлось.
– Ты бы меня всё равно бросила,– догадка его буквально ошеломила,– потому что всегда любила только своего Семёна. А я? – от недоумения и боли его голос сорвался. – Кем я был для тебя? Просто спасательным кругом?
– Так же, как я для тебя,– спокойно подтвердила Кира. – Ты ведь тоже любил только свою Рину.
– Ты ошибаешься,– Рис горько усмехнулся,– если бы мы встретились до смерти Рины, я бы её бросил ради тебя.
– Я тоже отказалась от своего любимого из-за бабской обиды,– повинилась Кира,– вот и осталась ни с чем. И поделом, нельзя сомневаться в том, кого любишь. Я хочу уйти,– она устало вздохнула и посмотрела на Риса жалобным взглядом. – Меня тут больше ничего не держит, понимаешь? Ты мне поможешь?
– Нет, я не дам тебе яд,– Рис отчаянно замотал головой.
– Ладно,– равнодушно согласилась Кира,– просто хотела избежать боли, но это не обязательно.
– Если ты себя убьёшь, то я уйду вместе с тобой,– губы Риса сжались в тонкую полоску, демонстрируя решимость исполнить угрозу.
– Нет, не уйдёшь,– голос Киры звучал всё так же отстранённо, словно они обсуждали прогноз погоды,– ты будешь жить очень долго, если, конечно, ни найдёшь способ избавиться от своих молодильных вирусов.
– Это ещё почему? – Рис в отчаянии сжал кулаки, уже догадываясь, каков будет ответ.
– По той же причине, по которой Семён не позволил мне уйти вместе с ним,– покладисто пояснила Кира,– хотя и понимал, что для меня это был лучший выход.