– Она поймёт,– принялся уверять её Рис,– Тиночка молода, она ещё найдёт своё счастье. Скажи, что мне сделать, чтобы ты меня простила. Я на всё готов.
– Точно готов? – в голосе Киры зазвучал метал. – Ладно, тогда дай мне одну из твоих волшебных пилюлек, а то Ксантипа прикарманил весь мой запас.
– Кира, что ты такое говоришь? – ошарашенно прошептал Рис. – Ты не можешь снова нас всех покинуть. Даже если на меня тебе плевать, то ты нужна дочери и сыну.
– Нет, не нужна,– женщина равнодушно покачала головой. – Для Тиночки я теперь не поддержка, а угроза её семейному счастью, ну а Мартин наконец нашёл своего отца. Не тебя,– она презрительно фыркнула, видя, как засияли глаза обрадованного папочки,– его настоящим отцом сделался Семён.
– Что?! – Рис от неожиданности аж присел. – Семён жив?
– Жив,– спокойно подтвердила Кира,– и у него теперь новая семья. Не знаю, как ему удалось выжить, но это явно не твоя заслуга. И всё же теперь ты можешь больше не считать себя убийцей.
– Семён отказался к тебе вернуться? – Рису показалось, что он нащупал истинную причину Кириной депрессии, и отставной муж тут же проникся уверенностью, что ему привалила небывалая удача. Ну ещё бы, он ведь и раньше спасал Киру от одиночества, когда та рассталась с Семёном. Похоже, ситуация повторилась. – Ты поэтому хочешь покончить с собой? – осторожно поинтересовался доброхот с намерением сразу перейти к предложению своей помощи в деле восстановления душевного равновесия страдающей от мужского произвола женщины.
– Я с ним не говорила,– пожала плечами Кира, обломав спасательский порыв доброхота,– просто полюбовалась на своих мальчиков и ушла. Они очень счастливы, понимаешь? А я – последний человек, который захочет разрушить счастье Семёна.