Встреча с Семёном ничуть не поколебала уверенность Джарета, даже наоборот, убедила, что эта миссия ему вполне по силам. Именно поэтому он взял с Семёна обещание не искать встреч с Кирой. Нет, Джарет не готов был так просто расстаться со своими мечтами о семейном счастье. Обидно, конечно, что созданный в его воображении идеальный образ мужа и отца оказался фикцией, однако это вовсе не означало, что у самого Джарета нет шансов воплотить этот образ в реальности. В конце концов, он ведь точно знал, каким Кира видит своего идеального мужчину. Так что ему стоит стать этим эталоном?
Единственное, что смущало бессмертного в его плане построения счастливой семьи с Кирой, были установки подчинения. Тот факт, что эти установки откровенно сбоили, никак не исключал возможности их внезапной активации на полную мощность. Поэтому Джарет постоянно прислушивался к своим ощущениям, чтобы вовремя засечь момент включения установок. К счастью, ничего подозрительного он не заметил, даже когда они с Кирой вышли во двор и приготовились к прыжку в неизвестность. И всё же Джарет счёл необходимым предупредить ничего не подозревавшую женщину об опасности.
– Если почувствуешь, что со мной творится что-то странное, немедленно трансгрессируй и прячься,– ему очень не хотелось вносить эту нотку недоверия в отношения с будущей хозяйкой его дома мечты, но подставлять её под удар не хотелось ещё больше.
– Не беспокойся, Джарет,– Кира уверенно взяла его за руку,– пока ты со мной, с тобой ничего не случится.
Трудно сказать, откуда у неё взялась эта уверенность, возможно, Кира просто интуитивно уловила связь между собой и работой установок бессмертного. В конце концов, у неё уже имелся горький опыт с Семёном, который сопротивлялся установкам долгих шесть лет, однако сразу сдался, когда она от него отказалась. Но скорей всего, Кира просто постаралась успокоить своего бывшего тюремщика, который внезапно переквалифицировался в спасатели, чтобы тот в последний момент не передумал. По большому счёту, ей было совсем не до рефлексий Джарета, душевное состояние сына волновало её гораздо больше.