– Впрочем, это было бы слишком просто,– взгляд мучителя упёрся в глаза жертвы с неподдельным интересом, но совсем без ненависти, словно перед ним был не человек, а подопытная мышь,– гораздо забавнее будет понаблюдать, как ты перережешь горло не себе, а кое-кому другому, например, тому, кто тебе дорог,– это был настолько откровенный намёк на Киру, что Джарет невольно вздрогнул, выдав себя с головой. Впрочем, Ксантипа увидел в этом жесте слабости всего лишь ещё одно подтверждение своего диагноза строптивому пациенту, а потому только удовлетворённо кивнул и снял парализующее воздействие. – Ну как, ты ещё не передумал играться в мятежника? – ехидно поинтересовался он.
– Передумал,– угрюмо процедил Джарет,– это я настроил Мартина против Вас, Кира тут ни при чём.
– Какое самопожертвование,– Ксантипа закатил глаза в притворном восхищении. – Ну и зачем же ты это сделал? – в его голосе не было злости и даже досады, лишь любопытство. – Ну да, понимаю, хотел использовать мальчика в качестве заложника, чтобы вызволить из плена свою ненаглядную. А знаешь, Джарет, я, пожалуй, позволю тебе сыграть в благородного рыцаря, если взамен, ты образумишь нашего малыша. Кира мне больше не нужна, пусть убирается, а вот Мартина придётся привести в чувство. Что скажешь, бессмертный?
– Вы не собираетесь отдать меня палачам? – у Джарета от удивления глаза вылезли на лоб. – Я же Вас предал.
– Следовало бы,– задумчиво улыбнулся Ксантипа,– но ты пока можешь быть полезен. Заслужи себе прощение, мой мальчик.
Джарет тут же рассыпался в уверениях в своей преданности, хотя ни на секунду не поверил в искренность Магистра. Но это была ещё одна отсрочка неминуемой смерти, и предоставленную возможность следовало использовать по полной. Ксантипа тоже не остался в долгу, примитивное лицедейство телохранителя ничего, кроме жалости, вызвать не могло, а потому он только мысленно посмеялся над потугами Джарета, предвкушая триумфальную развязку затеянного им спектакля. Магистр больше не сомневался в благополучном исходе выбранного курса лечения. Это в плену Кира вынужденно поддерживала тёплые отношения со своим тюремщиком, а на воле она пошлёт навязчивого ухажёра куда подальше с его претензиями. Нужно будет только обставить её освобождение таким образом, чтобы она не имела причин испытывать к Джарету благодарности.