– Всё возможно,– согласился Джарет,– хотя и в других районах кланы начали терять власть, но почему-то сие удивительное явление наблюдается только в окружности примерно ста миль от Вашего славного городка, а дальше ничего подобного нет.
– Не, не может такого быть, чтобы Магистр выбрал наше захолустье,– Клавдий недоверчиво нахмурился. – Хотя мужики рассказывали, что в Каламуте в последнее время начали замечать таких, как Вы.
– Это каких же? – насмешливо поинтересовался Джарет.
– Бессмертных,– лесник выпалил это слово и тут же сам испугался. – Вы это, не обижайтесь, я не хотел Вас задеть или там обидеть, я вовсе не против бессмертных.
– Что ж, Клавдий, Вы мне очень помогли,– Джарет поднялся из-за стола,– будьте здоровы и не поднимайте тяжести в следующие два дня. Передавайте привет дочери,– с этими словами бессмертный покинул гостеприимного лесника и направился в Каламут.
Настроение у него было приподнятое, поскольку Джарет наконец получил первую солидную зацепку, внушающую хоть и сдержанный, но всё же оптимизм в непростом деле обнаружения этого таинственного Магистра. В начале поиска опытный следопыт ещё питал иллюзии насчёт того, что с лёгкостью справится со своей задачей, поскольку не видел ни одной причины для того, чтобы воскресший хозяин целой реальности вдруг вздумал играть в прятки. Но действительность, увы, отказалась соответствовать его оптимистичным прогнозам. Магистр, который раньше управлял этим миром совершенно открыто и не гнушался применять насилие в случае малейшего сопротивления, вдруг превратился в невидимку.
Джарету было хорошо известно, что до своего развала Орден в этой реальности был публичным и действовал весьма жёстко, не считая нужным как-то камуфлировать свои операции. Кстати, не исключено, что именно это и привело к его краху, так что желание Магистра изменить свою тактику было вполне объяснимо. Впрочем, нельзя сказать, что возрождаемое им братство как-то особо таилось. Перевербованные Магистром загонщики наводили такого шороху на отколовшиеся от Ордена кланы, что в рядах бандюков началась откровенная паника. Вот только самого Медину обнаружить никак не удавалось, назвавшись безымянным, он словно действительно превратился в фантом. Время от времени его видели на захваченных базах загонщиков, но появлялся он там на короткое время, а потом снова растворялся в дымке анонимности.