Естественно, расправа над бессмертными не могла не вызвать в душе Джарета чувства протеста, ведь никто из приговорённых не отступал от своей клятвы верности ни на шаг. И самое поганое заключалось в том, что из-за установок подчинения бессмертные даже не могли себя защитить, они безропотно позволяли палачу лишить себя жизни. Джарету не потребовалось много времени, чтобы осознать, что он тоже обречён, рано или поздно очередь дойдёт и до телохранителя Магистра. Жить с этой мыслью было уже само по себе невесело, но оказалось, что судьба уготовила ему гораздо более тяжкую долю. Джарет даже в страшном сне не смог бы представить, что ему придётся стать палачом для своих братьев, но именно это и произошло.
Наверное, выбор Ксантипы можно было бы даже назвать логичным, ведь телохранитель много лет служил ему верой и правдой и был самым доверенным лицом. Увы, для Джарета этот выбор стал настоящей трагедией. Ослушаться приказа он не мог, а бежать и скрываться было бесполезно, от установок, зашитых прямо в мозг, далеко не убежишь, приказ найдёт тебя даже в альтернативной реальности. Оставалось только смириться и ждать неизбежного конца. К несчастью для Джарета, смирение было именно тем качеством, которое орденские братья выжигали из бессмертных калёным железом. В итоге, парни просто не умели отступать, в любой самой безнадёжной ситуации они искали выход и, кстати, довольно часто его находили.
Несколько долгих лет телохранитель и палач в одном лице провёл словно в камере смертника, каждый день ожидая, что станет следующим, и молясь, чтобы это наконец произошло. Под конец он даже начал завидовать своим товарищам, которые практически до самой смерти не понимали, что происходит, ведь у него такого бонуса не имелось. В попытках примирить привычные жизненные установки с обстоятельствами непреодолимой силы, в которые его загнала судьба, Джарет ударился в философию. Пройдя все классические стадии от отрицания до принятия, он впервые ощутил себя не частью чего-то грандиозного и величественного, чем в его прежних представлениях являлся Орден, а просто самим собой, одиночкой, чья жизнь значима для мироздания вне зависимости от других жизней.