Правильный ответ
Ученик покорно следовал за Учителем, ничего удивительного в этом не было, внемлющий чужим словам всегда ведом им. Кстати, не забывай об этом, берясь, даже невзначай, поучать другого, – ответственность за происходящее с ним далее невидимым, но весьма ощутимым грузом тут же возляжет тебе на плечи.
Старик часто останавливался, распрямлял сгорбленную спину, вытягивал трясущуюся, всю в складках, шею из объятий протертого до дыр ворота мешковатой накидки и шумно втягивал длинным, орлиным носом утренний воздух, как будто наполнявшие его ароматы могли указать на место или хотя бы направление к оному, где именно сегодня следовало провести урок.
Его юный спутник давно привык к подобным причудам Учителя, это был его фирменный метод, ревностно охраняемый секрет успеха осознания, как сам старик любил говаривать: «Антураж должен соответствовать теме, усиливать и раскрывать ее, обеспечивая совместное погружение тела и духа в безбрежный Океан Истины».
В течение полуторачасового путешествия, сопровождаемого муками выбора, пыльная, но ровная проселочная дорога была обменена сначала на узкую, изрезанную черными, полопавшимися корнями и усыпанную иголками пихт лесную тропинку, затем на влажную от росы, безжалостно колющую босые ноги луговую траву, и наконец на каменистую, того и гляди порвешь подошвы пяток, спину горного плато. Еще с полчаса комических танцев на цыпочках, вздохов, ойканья и тихой ругани, и Учитель, слава Всевышнему, остановился у самого края выплывшей из тумана пропасти. Ученик, скорее из-за напряжения, нежели из почтения, предпочел держаться чуть поодаль.
– Подходи ко мне, – усмехнувшись, поманил его рукой старик. – Урок проведем прямо здесь.
Молодой человек, преодолевая дрожь в коленях, приблизился к старцу и, стараясь не смотреть вниз, вытер о полы плаща вспотевшие ладони.
– Какова тема урока, Учитель?
Голос его срывался, выдавая волнение и охвативший сознание ужас.
– Ты позабыл, недотепа, – радостно воскликнул старик и, схватив юношу за шиворот, притянул его к самому краю. – Сперва пролог, а название скажешь сам.
И не обращая внимания на полуобморочное состояние Ученика, бодро продолжил:
– Душа новорожденного пребывает у Райских Врат, душа старца бесконечно далека от них. Почему? Всю жизнь человек не просто пятится, а несется прочь вместо того, чтобы войти внутрь Эдема. Милость Божья заключается в том, что Он, Всепрощающий, помещает наши души туда, где нам, грешным, не место, а именно к Вратам Рая, всякий раз перед каждым появлением в физическом мире, но первое же прегрешение снова запускает механизм Кармы, и «смытое» Его Волей возвращается в наши заплечные котомки.
Он похлопал по плечу Ученика, отчего тот судорожно вцепился в балахон Учителя. Громкий смех «лектора» полетел вниз, отскакивая от кремниевых стен каньона, будто за каждым выступом прятался мерзкий старикашка, усердно добавлявший в общий хор насмешников свою порцию «ха-ха», «хи-хи» и «ого-го». Все прекратилось на дне ущелья, воды небольшой, но юркой речушки с радостью узурпировали редкие в этих безлюдных местах, хоть и странные по смыслу, звуки. Успокоившись, Учитель расцепил намертво сжатые пальцы Ученика и примирительно сказал:
– Я еще не закончил. Каждое грехопадение – предательство Бога, «гибель» духа. Каждое покаяние – Божья милость Здесь и Сейчас, «возрождение» духа. Сколько подобных циклов выдержит Бог? Бесконечное множество, ибо Он полон Любви и Всепрощения, душа же грешить, даже с последующим покаянием, не может вечно, Грааль Души возможно опустошать от яда, но «стенки» его от постоянных опрокидываний утоняются, и настанет предел, когда сосуд лопнет, сие есть Акт Развоплощения.
Умолкнув, он внимательно посмотрел на юношу.
– Теперь можешь подумать и предложить тему урока, и да, не жмись ко мне, в конце концов, мы мужчины.
Ветер, беспрепятственно разгоняющийся на плато, нещадно трепал кудри молодого человека, прежде чем с ужасающим воем свалиться вниз, и Ученик, осторожно выпустив из рук спасительные одежды Учителя, вопросительно произнес:
– Может быть, Развоплощение?
– Этой теме подходит дно каньона, – улыбнулся старик. – Хотя, в этом случае, с кем бы мне пришлось разговаривать? Если только с мешком костей. Пока мы еще на краю и шаг в пропасть не сделан, стало быть, темой урока, не буду мучить тебя догадками, назначу Переход.
– Переход, – вырвалось эхом у юноши, и он качнулся под очередным ударом воздушной плети.
– Твердо стой на ногах. – Учитель вмиг стал серьезным. – А я начну, пожалуй. Переходом является индивидуальный для каждой души акт переосознания своего положения в поле Любви Абсолюта на пороге Развоплощения. Иными словами, когда емкость души не способна воспринимать бесконечную Милость Божью, всякий раз прощающую прегрешения, когда, «постояв» у входа в Рай, вынужден, благодаря себе же, оказаться вдали от Света, на задворках, в грязи пороков, в цепях самости, где проявляется во всей силе кармическая дилемма: душа не в состоянии не совершать греха и в то же время не в силах получать прощение. Если большое количество душ одновременно подошли к этой черте, возникает всеобщий Переход – Всемирный Потоп, например, или обычный Конец Света.
Юноша вздрогнул.
– На край пропасти ты привел меня, а что является причиной выхода на Переход для человека?
Учитель удивленно вскинул брови, словно вопрос был невообразимо глуп.
– Как и всегда, сам индивид. Механизм довольно прост. Деформация чакровой системы, сужение энергопотока, его искривление, пережатый, замкнутый сам на себя Ментал превращает стройный чакровый ствол в «песочные часы». Творец изливает Милость Свою через Атман, но возле узкой горловины Ментального тела любовь скапливается в Каузальном теле, происходит застой. Просачиваясь через Ментал «по капле», энергия любви перехватывается Астралом, и ее недостает ни Эфирному (общая вялость, инфантилизм и открытость болезням), ни, соответственно, физическому телам, что приводит к отсутствию влечения к противоположному полу, кожным заболеваниям, мышечной вялости и атрофиям.
Власть (управление) Ментального тела – расчет, выгода, схематичность, знаковость, матричность – «удавка» на совокупном (тонких и плотных) теле человека. Застой в теле причин и следствий (Каузал) – это чувство бессмысленности существования, собственной никчемности, связанное с блокировкой памяти души о «подвигах» прошлого. В этот «момент» человек начинает отворачиваться от Бога как от аспекта Вечного существования духа и прибивается к сторонникам единственной биологической формы бытия, одноразовой жизни. По сути, Переход – это разблокировка ментального узла осознания себя в истинном смысле и предназначении.
Это не просто, когда ваш Переход индивидуален, но сто крат сложнее, когда он носит массовый характер. Осознание вашего островного положения, одиночество среди окружающих есть показатель правильного настроя. Вспомни, Ной в одиночку строил Ковчег. «Песочные часы» совокупного тела делят Грааль человека на два сосуда, один из которых перевернут, то есть закрыт для наполнения. В некотором смысле душа уже развоплощена на две части, и Переход можно представить как попытку и, Милостью Божьей, возможность перетянуть на Свет часть себя, застрявшую во Тьме.
– А делать-то что? – Юноша, забывшись, шагнул на самую кромку скалы и смело посмотрел вниз. – Как не оказаться там? – Он ткнул пальцем в далекую голубую нитку реки, петляющей по самому дну.
– Вот речь не мальчика, но мужа, – улыбнулся старик и на всякий случай потянул к себе Ученика за полу плаща. – Расширенное сознание души не позволит ментальному корсету сдавливать структуру совокупного тела. Заповеди, по сути своей, тот предохранительный каркас, что призван сдерживать рвение эго-программы по удушению Света в теле человека, уберите скрижали из ментального тела индивида (просто не рассказывайте о них человеку) – и самость сделает из его мировоззрения узкую, регулируемую талию, а шнуровку затянет сам человек, расчетливо, безэмоционально и… с гордостью.
– Учитель, – молодой человек, и это было видно, силился воспринять урок, – но ведь «расширение сознания» – это очень общая фраза, вы часто пользуетесь ею, но при всей ясности составляющих слов смысл тем не менее туманен.
Вместо ответа старик сначала приложил палец к губам, призывая Ученика к тишине, а затем взглядом указал в сторону. На некотором расстоянии от импровизированного класса орлица притащила в клюве орленка, трепещущего и обескураженного, прямо как совсем недавно Учитель Ученика. Положив свое дитя на кромку скалы, она издала восторженный клекот и столкнула птенца в пропасть.
Юноша охнул, птица взмыла вверх, а через секунду, отчаянно работая крылышками, к ней присоединился и детеныш.
– Почему ты, наделенный знаниями, сделаешь шаг и разобьешься, а он, безмозглый, не боится пустоты?
– Потому что пустота – это его среда, – развел руками молодой человек.
– Правильно, – обнял подопечного Учитель. – Сделай Переход своей средой, и страх перед ним исчезнет. Я помогу тебе, вот, послушай. Осознание места в теле Всевышнего – осознанность бытия, каждого вздоха, всякого слова, отданного на волю ветра, любого шага, ибо, ставя ногу в яму, ты ломаешь ее, скользя по острому стеклу, ранишь ее, и только прямой Путь дает возможность делать следующий шаг без страданий. Это Христосознание, которое начинается с тела причин и следствий, оно, освещенное сиянием Атмана и праведностью Буддхи, должно быть очищено, раскрыто, осознанно и воспринимаемо. Его «главенство» над Менталом через равенство всех тел приводит к пониманию истинного значения заповедей и неоспоримого их соблюдения. Призыв Иисуса возлюбить ближнего своего, как самое себя, – это апелляция к разуму человека (ментальному телу) посредством прагматизма Кармического закона (каузальное тело), пока духовное развитие индивида не велико (сложно достучаться до буддхиального тела). Эго отражает эту формулу через потребы физического тела в Ментале, как «ты мне, я – тебе». Одна и та же энергия (любовь), разлитая в два Грааля (один правильный, другой перевернут) звучит по-разному. И тем не менее Спаситель имел в виду: отдай любовь другому, и он вернет ее тебе.
Что делает наука? Она обращается к ментальному телу – ты видишь, осязаешь, чувствуешь и способен воспринять разумом, значит, это истина, это существует. Что делает религия? Она тоже взывает к ментальному телу (на плотных планах больше не к чему) – поверь в то, чего ты не видишь, не чувствуешь, не осязаешь, в то, что необъяснимо, это Истина, это существует. А что делает в этих случаях человек? Что и обычно, выбирает. От науки он требует доказательств, от религии – чудес, то есть в обоих случаях ему необходимо подтверждение. Такова схема существования человеческого сознания до Перехода, сам процесс Перехода – это принятие или непринятие Христосознания. Оно (Христосознание) не трогает ментал, ибо человек, оказавшийся в Переходе, уже прочно отдал его эго-программам в полное властвование. Христос направляет сознание души к телу причин и следствий, как надстоящему над ментальным. Здесь, на этом уровне, Эго, как ни удивительно, становится союзником, ибо понимает язык выгоды и в краткосрочной, и в долгосрочной перспективе. Самость старается не мешать оценивать риски, хотя и кривится от лозунга «Возлюби ближнего», желая оставить только «самого себя».
– Учитель, – юноша запрыгал на месте от нетерпения, – у меня вопрос…
– Это у меня вопрос к тебе, – успокоил взглядом Ученика старик, – но задам его я после эпилога, слушай. Душа взрослого воплощенного по мере удаления от Райских Врат (мелкие грешки, непрерывное вранье, подглядывание за купающейся соседкой, украденная в бакалейной лавке булка, пока продавец отвернулся, и прочие шалости, сопровождающие жизненный путь) тем не менее в любой момент может оказаться у входа в Эдем… Милостью Божьей. Она (Милость Его), спускаясь по телам, материализуется на физическом плане как «Вхождение во Христа» сознанием человека. А вот теперь мой вопрос: какова тема следующего урока и, позволю себе наглость задать еще один, определи место его проведения.
Ученик радостно улыбнулся, догадка осенила его безусое лицо.
– Вхождение во Христа, это будущий урок.
Учитель удовлетворенно кивнул.
– Ты определенно не глупее птенца орлицы, ну а место, где будем искать истину?
Ученику никогда не приходило в голову отказать Учителю, ни в чем, и это не удивительно, таковы роли. Всяк, внемлющий словам другого, во власти его. Не забывай об этом, даже если невзначай взялся задавать вопросы, имей мужество получить на них ответы, не схожие с задуманными твоими.
– Может быть, на вершине горы? – Юноша заискивающе посмотрел на Учителя. – Где распятый Иисус готовился к Вознесению.
– Нет, – коротко ответил старик.
– Тогда в пустыне, – молодой человек не собирался сдаваться, – где искушаемый дьяволом Иисус провел в изгнании сорок дней.
– Нет, – снова последовал отрицательный кивок.
– В роще! – воскликнул Ученик, подразумевая Гефсиманский сад. – Где Спаситель ожидал предательства своими апостолами.
– Снова мимо. – Учитель был непреклонен.
Юноша вернулся на край скалы, внизу бесшумно сверкала в лучах солнца, взошедшего над каньоном, лента реки, а над головой, в небесной сини, неподвижно застыли две птицы – орлица и орленок.
– Везде, – неожиданно произнес Ученик. – Ибо Христос здесь.
Он указал на сердце, а старик, смахнув трясущейся ладонью слезинку, еле слышно прошептал:
– Вот это правильный ответ.